— Я могу говорить? — осторожно поинтересовался Януш.
— Можешь, можешь, я ей потом растолкую.
И бутылку откупорь.
— Антось раскалывается в страшном темпе.
Как-то сразу поверил, что ему трудно отвертеться от обвинения в убийстве, и отчаянно ищет спасения. Оказалось, что их дружба с Кубой была гораздо крепче, чем он пытался нас убедить в этом поначалу. И вообще, Куба у них последнее время ночевал.
— А до этого?
— Он и в самом деле редко бывает в Болеславце. Год назад, когда приехал туда первый раз, снял номер в гостинице. К сожалению, неизвестно, в какой и когда это было…
— А ты уверен, что именно в гостинице?
В Болеславце, как и во всех провинциальных наших городишках, приезжие обычно останавливаются или у знакомых, или у людей, специально сдающих комнаты. Гостиницы там очень дорогие.
— Антось настаивает — в гостинице. Но не запомнил какой. Ему это было ни к чему. Он даже не уверен, что и тогда знал название гостиницы, в которой остановился Куба. А для следствия данный момент существенный. В гостиницах принято записывать постояльцев, вот только бы знать, когда это было. Прошло года два.
А потом, уверяет Антось, Куба, приезжая в Болеславец, всегда останавливался у него. Обычно на одну ночь, редко на две. За три последних месяца раза четыре приезжал. Какие-то у него тут были дела.
— Какие? И что все-таки он прошляпил, как проговорилась Марлена, невеста Веси?
— С большим трудом Антось признался, что дела были как-то связаны с Фялковскими. Куба больше ничего не рассказал своему сообщнику, но Антось сам пришёл к выводу, что речь идёт о каком-то предмете. Конкретнее? У Фялковских имелось что-то такое, что Куба хотел непременно раздобыть. И я верю, Антось действительно не знал, что именно, потому что во всех своих последних показаниях он пытается навалить на Кубу как можно больше ответственности за все происшедшее.
Слушая Януша, я одновременно пыталась рассуждать.
— Погоди. Давай по очереди. Насколько я поняла, Куба проживал в гостинице ещё до смерти Хенрика?
— Конечно, как минимум за два месяца до его кончины.
— Послушай, можно было бы все же проверить гостиницы. Не так уж их много в Болеславце. Обратить внимание на мужчин, останавливающихся на одну-две ночи. К тому же у нас есть особая примета клиента — такого могли и запомнить. Ну и проверять мужчин только одиноких и соответствующего возраста. Ну и того, который приехал из Варшавы.
— На Варшаву надеяться нельзя — Антось мог и перепутать, и соврать.
— Тогда без Варшавы. Вычислить одиноких мужчин, всех до одного. И это не очень трудно, в гостиницах для регистрации приезжих заведены компьютеры. И просмотреть! Вряд ли в Болеславец приезжают только веснушчатые. Не знаешь, сколько гостиниц в Болеславце? Мне кажется, пять — не так уж много. Тем более, приезжал он не в сезон, думаю, что справятся твои глины.
— Насколько мне известно, они уже взялись за дело.
— Так чего же ты молчал? — разозлилась я. — Я тут разоряюсь, придумываю новые способы розыска подозреваемого, а он молчит.
— Не хотел испортить тебе удовольствие. Ты ведь у нас самая догадливая.., ну не буду, молчу, молчу. Хочешь знать, что было дальше?
— Конечно хочу, глупый вопрос.
— Ты не обиделась на меня, Иоася?
— Ты же знаешь, я не только самоуверенна, но и самокритична. Продолжай, кожаный.
— Так вот, Антось решил полностью расколоться, и теперь протоколистка едва успевает записывать его показания. Нет, Куба не просил у него помощи. Кубе нужно было проникнуть в дом Вероники, чтобы отыскать нужный ему предмет. Вероника же, как утверждал Куба, с ним даже говорить не хотела. О том, чтобы проникнуть в дом незаметно, Куба Антосю не говорил, тот сам догадался. Догадаться было нетрудно: Куба интересовался образом жизни хозяйки — часто ли выходит из дому, заходят ли к ней соседи. О том, что Вероника по вечерам ходит в ресторан за едой, знали все, в том числе и Антось. Он и сказал об этом Кубе. Они договорились встретиться в доме Антося, но Куба сильно запаздывал. Антося как будто что-то кольнуло, и он отправился к дому Фялковских. Внутри горел свет, ему показалось, что там Вероника, по времени ей давно было пора вернуться из ресторана.
— Кубы он там не видел?
— Нет, он близко к дому не подходил, не хотел, чтобы его заметили соседи.
— С какой стороны он смотрел на дом?
— С фасада.
— Но Куба мог взломать заднюю дверь.
— Антоний не считает, что Куба взламывал дверь, у него могла быть при себе отмычка или поддельные ключи. Да может, там Кубы вовсе и не было. Из того, что показал Антось, у Кубы было намерение проникнуть в дом, что-то забрать и уйти, не оставив следов. Это Антосю очень хотелось поискать сокровища Вероники.