Как только все вошли, он вновь закрыл дверь и развернулся к напряженно стоявшим гостям.
— Что же вы как не родные, — Киборг широко растянул губы, но было заметно, что псевдокожа натянулась на искусственных мышцах, превращая улыбку в мертвый оскал, — Располагайтесь, где удобно, сейчас будем знакомиться.
Квартирка на деле оказалась очень просторной — коридор из прихожей вел в большой зал с уставленными по периметру диванами. Слева от входа был проход на подобие кухни, где расположилась всевозможная электроника, варочная плита, обеденный стол и лавки. За залом находились еще комнаты, но майор туда не пошел, а направился в столовую. Чувство опасности так и не возникло и он решил доверится этому непонятно откуда взявшемуся Дженсену, так удачно встретившемуся им на пути. Все это, конечно, навевало дурные мысли, но майор гнал их прочь. Эдак можно додуматься в своих подозрениях и до сумасшествия. Он брякнул на стол кастрюлю с кашей и полез проверять шкафчики на наличие тарелок. Остальные быстро втянулись в кухню и расселись за столом.
— А где моя большая ложка? — обиженно спросил Сальвадор.
— Э, пузырь, а ты не обалдел? — ласково спросил майор. — Я вам что, мамочка? Еще и с ложечки должен кормить?
Дженсен, стоявший у порога, прислонившись к косяку, удивленно воздел бровь, но ничего не сказал.
— Встали и наложили себе каши сами. — Твердо сказал майор. — Тарелки там, ложки там. — Он указал на двери шкафчика и сел на лавку, поставив кастрюлю на стол рядом с мойкой.
Остальные нехотя полезли из-за стола и начали стучать тарелками и ложками, накладывая еду. Дженсен посмотрел на эту солдатскую возню, покачал головой и вышел с кухни. Ели молча. Каша уже порядком остыла, была холодной и невкусной, составом напоминала клейстер или желе. Майор, пересилив себя, поглощал еду, так как понимал, что организму требуется восстановить силы. Псих первым закончил лопать, отодвинул тарелку и встал из-за стола.
— Помой за собой посуду. — Майор ткнул в него ложкой. — Не оставляй грязную на других.
Псих помедлил, но взял тарелку и встал к мойке, пустив воду, нашел губку и тщательно выскреб клейкие остатки каши с посуды, после чего показал их майору и убрал в шкафчик. Тот в ответ кивнул и сам направился к мойке.
— А что, посудомоечной машины тут не предусмотрено? — спросил Сальвадор.
— А ты на что? — ответила вопросом Галка. — Ручки есть, не переломишься, помоешь.
— Ладно, уговорили. — Кивнул тот. — Однако, надо назначить дежурного по кухне, а то так и будем давиться сухпаями. Готовить кто-нибудь умеет?
Майор поднял руки вверх.
— Пельмени могу сварить или картошки пожарить, а вот с деликатесами — увольте.
— Я вообще только лапшу ела. — Ответила Галка, отодвигаясь от тарелки. — От моей стряпни у вас у всех несварение будет.
Зеро и Псих промолчали и просто замотали головами — мол, они тоже те еще повара. Топтыгин посмотрел на Сальвадора и Экстон.
— Инициатива, как обычно, е. ет инициатора. — Сказал он, скрестив руки на груди.
— А вот и нет. — Сальвадор засунул большие пальцы за ремень. — Я вообще к готовке ни разу не прикасался, так что с меня и взятки гладки.
— Научишься. — Галка с усмешкой посмотрела на коротышку. — А Аня тебе в помощь.
Все посмотрели на Экстон, которая опустила глаза, но потом вновь подняла и внимательно заглянула каждому в лицо.
— Я могу готовить. — Спокойно сказала она. — Мама, в отличие от Галки, меня кое-чему научила.
— А ты мою мать не трогай! — завопила девушка и приблизилась к Ане.
— Стоп, ругаться потом будете. — Влез между ними майор. — Не хватало, чтобы еще вы передрались.
— А чего она начинает! — возмутилась Галка.
— Дура, не подумав брякнула. — Сказал Сальвадор. — Предлагаю ей записать выговор с вечным прикреплением на кухне.
— Вот и ладно! — зло сказала Аня. — Хоть от вас отдохну! Видеть ваши рожи уже не могу!
Майор скрипнул зубами, но ничего не сказал и вышел из кухни. За ним потянулись остальные, Сальвадор демонстративно вымыл тарелку, поставил на место в шкафчике, зыркнул на Аню и вышел. Спецназовец посмотрела ему вслед, потом приложила ладони к лицу и беззвучно заплакала. Плечи ее дрожали, из глаз лились слезы, она несильно стукнула кулаком по столу и попыталась вытереть ребрами ладоней текущие реки из глаз. Ничего поделать с собой не могла — сознание девушки, попавшее так неудачно, противилось происходящему и самой сути веще, что везде нарывалось на неприятности, создавало конфликтную ситуацию, хотя ей было проще все принять и понять, но человеку с устоявшимися моральными устоями и психикой очень сложно себя переломить. Тут необходимо внешнее вмешательство.