Первое, что вызвало у меня нездоровое веселье, это слово «должен». Ну надо же – ко мне явилась хуманизированная душа дома, чтобы предложить мне вакансию уборщика. Даже нет, не предложить – поставить перед фактом. Должен! Вот, всю жизнь мечтал.
Второе – он произнёс слово Уборщик с таким пафосом, словно собирался присвоить мне титул… ну не знаю… герцога – не меньше.
Я засмеялся. Нервным, немного истеричным смехом. Понимал, что веду себя как дурак, но ничего не мог с собой поделать. Честное слово – даже те жуткие создания, шарящиеся по лестничной клетке, стали казаться мне не такими странными, как весь этот разговор.
Старик невозмутимо ждал, пока моё нездоровое веселье пройдёт. Немного успокоившись, я сказал:
– Извините, но вы не по адресу обратились. Карьера уборщика меня не прельщает.
– А это не карьера – невозмутимо ответил он. – Это – призвание.
– Призвание – драить полы? – скептически уточнил я. – Хорошо, пусть – призвание. Но не моё.
– Именно твоё, Кирилл. Потому, что ты их видишь. Видишь, чем становятся эмоциональные отходы людей. Пока они разрозненны, они лишь доставляют дискомфорт. Но когда их становится слишком много, они собираются в формы и становятся опасны – для тех же самых людей. Ну и мне от них проблем хватает. Крысы заводятся, трубы течь начинают, плесень на стенах появляется. Лифты вот сломались – тоже из-за них.
Старик немного помолчал, видимо давая мне время усвоить информацию, потом продолжил:
– Для этого и нужен Уборщик. Человек, который в определённый срок будет мыть лестничные площадки и лифтовые холлы. Очищать жилое пространство от мусора негативных человеческих эмоций и переживаний.
Он говорил, я слушал. Слушал этого старика, который назвал себя Домом, и верил. Верил каждому его слову. Потому, что помнил и воющую женщину, и обмотанную бинтами фигуру. Очень уж не хотелось мне признавать, что я сошёл с ума. В скопление ментального человеческого мусора оказалось поверить проще, чем в расстройство собственной психики.
– Мусор негативных эмоций, – зачем-то повторил я, и спросил. – Ну, допустим. А как же хорошие эмоции? Радость там, любовь… Они в формы не складываются?
Старик вздохнул:
– То-то и оно. Все положительные эмоции люди оставляют себе. Кто же пожелает избавиться от радости? Люди впитывают всё светлое, что есть в их жизнях. А всё тёмное гонят прочь, отталкивают. Или того хуже — вскармливают. Страдают, но подпитывают собой же эти страдания, прикармливают своими же мыслями и действиями. А это такие паразиты, Кирилл, что сами нипочём не отцепятся от такой кормушки. Поэтому, их надо вымывать.
– Но, почему я? – плюнув, наконец, на всю сюрреалистичность разговора, я решил заняться собственной персоной.
– Потому, что ты их видишь. Есть люди с особыми талантами, с врождёнными способностями – кто-то видит невидимое, кто-то понимает язык электричества, кто-то умет смотреть на город глазами бродячих собак. Есть те, кто ночью становиться сущностью живого света, и прогоняют мучающие людей кошмары. Таких людей не мало – чем больше становятся города, тем чаще они рождаются. И ты – один из них, Кирилл. Ты видишь скопления человеческих страхов, страданий и прочего, от чего люди хотели бы избавиться, и ты можешь избавлять от них.
– Да как вы себе это представляете? Я – программист, а не шаман. Я не умею изгонять всю эту нечисть.
– Я тебе уже сказал – ты должен мыть лестничные клетки. Простой водой, и обычной шваброй, но это должен быть именно ты. Примерно раз в пару месяцев. У меня - три подъезда, по пятнадцать этажей. За одну ночь ты со всем справишься, - он чуть склонил голову, ловя мой взгляд. – Поверь, быть Уборщиком Дома, хорошее призвание, и имеет много плюсов.
– Каких? – вяло спросил я.
– Нуу… - нарочито задумчиво протянул он. – Коммуналку платить не надо будет.
Я удивлённо приподнял брови — а что, так бывает?
– Не бояться квартирных воров, – продолжил перечислять старик. – Или, что тебя соседи сверху затопят, или что ты затопишь кого-то снизу. Никаких коротких замыканий и вылетевших пробок. Поверь, Кирилл, плюсов много. Но для начала – ты сможешь, наконец, высыпаться.
– Вы и об этом знаете? – спросил я, слега ошалев от описанных благ.
– Я знаю всё, что происходит в моих стенах, – он неожиданно подмигнул. – Бессонница, кошмары — тоже вина скопившегося эмоционального мусора.