Второй Брен Третьего взвода вышел из строя, в механизм попал песок. Стрелок остался на позиции, а второй номер расчета, Алан Рид (Королевский корпус связи), отнес загрязненные части в более безопасное место, тщательно их прочистил и вернулся назад, слыша, как над головой свистят пули снайперов. Как только они собрали пулемет, стрелку прострелили голову, и Рид дальше управлялся с пулеметом в одиночку.
Кейс послал Джима Горналла поискать Джорджа Дункана, который не вернулся после поиска Девятого взвода Джонсона. Дункана тот не нашел, и решил что не пойдет до позиций австралийцев. Когда он вернулся к Третьему взводу по рядам австралийцев прокатилась волна команд, после чего они наконец тронулись с места, а их артиллерия открыла огонь. Под этим запоздавшим прикрытием Кейс отдал приказ наступать и коммандос преодолели оставшиеся 200 ярдов до заросшего тростником берега. Перед ними, не далее 80-120 ярдов рвались снаряды австралийцев.
К этому моменту от высадившегося шестью часами ранее отряда, численностью в 150 человек, остались лишь единицы. Из числа «Серых», которых Кейс увел в августе прошлого года из казарм Редфорд в Галашилс, погибли сержант Кен Бёртон, 29 лет, ланс-капралы Билл Эйнсли, 28 лет, и Джон Лэнг, 20 лет, кроме того были убиты Вуднат, Пэдбери и Джонс. Погиб и рядовой Айк Коэн, санитар из Кэмеронских горцев, еврей родом из Манчестера. Еще десять человек были ранены, двое из них тяжело. Двое пропали без вести. Норман Уилкинсон позже рассказал Кейсу, что когда ранили Кена Бёртона, Коэн рванулся ему на помощь, хотя Бёртон кричал «Стой где стоишь!». Они погибли одновременно.
У Третьего взвода Хайленда дела обстояли немногим лучше: они потеряли 14 человек, из них шестеро погибли. Воспользовавшись временным затишьем, вероятно вызванным появлением на противоположном берегу взвода Пэдди Мэйна, Гарланд с шестью бойцами погрузились на лодку, принесенную австралийцами, и заработали веслами. Когда они переправились через реку, два австралийца переправили лодку обратно, но, как только лодка уткнулась в берег, французы открыли огонь из 75-мм. орудия. По лодке они не попали, однако уничтожили лодку местного жителя, стоявшую поблизости. Горстку коммандос на южном берегу продолжали обстреливать с укреплений, однако обстрел резко прекратился с прибытием Девятого взвода Джонсона. Гарланд и пятеро его подчиненных начали пробираться к вражеской позиции через ряды колючей проволоки, перерезая ее кусачками, а шестой в это время обстреливал врага винтовочными гранатами № 36. В это время Кейс, Хайленд и остальные лежали практически в воде, и при каждом движении на них обрушивался шквал огня. Погиб еще один боец, 19-летний водитель из Королевского корпуса связи Алекс Гамильтон. Один из австралийцев, капрал Дилуорт — унтер-офицер, командовавший лодкой — схватил свою винтовку и начал отстреливаться. Он уже успел отличиться, не только доставив лодку на позиции, но и дважды с замечательным хладнокровием переправившись через реку под сильным обстрелом.
В 11.00 над вражеским укреплением поднялся белый флаг. Через 45 минут на помощь Гарланду переправились Хайленд и шесть его бойцов, которые и приняли капитуляцию. Когда на позицию Кейса прибыли Джонсон и камандир австралийцев бой уже закончился. Гарланд прокричал Кейсу через реку, что у него 35 пленных и ему нужны подкрепления, для отражения возможной контратаки.
Ночью через Литани начала переправляться австралийская бригада.
Кейс впервые столкнулся с ужасами войны, и ему удалось выстоять. Не будучи храбрецом по натуре, он преодолел страх колоссальным волевым усилием. Помимо этого он без колебаний был готов жертвовать своими людьми. 11-ый отряд сражался с величайшей храбростью и упорством, однако за достигнутые результаты им пришлось заплатить слишком высокую цену. Элемент неожиданности — важнейшее условие успешной операции коммандос — был утрачен, благодаря сомнительной помощи Королевского флота, высадившему штурмовую партию слишком поздно и не там где планировалось. Некомпетентность флотских офицеров, по мнению Макферсона, «вылилась в большие затруднения, и долгие блуждания на пути к цели, вызванные задержкой. Высадка сильно запоздала, и десантные суда подошли к берегу после рассвета и в условиях прекрасной видимости, а не за час-полтора до этого». В итоге, заключает Макферсон, бой на реке Литани превратился в «трагикомедию».