Луч фонаря увидел и Авишалом Дрори, присевший за входной дверью. Он писал: «Я спрятался в саду, и увидел немца в пижаме и с фонарем в руке. Когда он поравнялся со мной, я выстрелил в него из винтовки. Он беззвучно упал.»
Денис Култрид выглянул из двери посмотреть, что случилось, и увидел Дрори, стоявшего над телом немецкого солдата. «Я стоял и ждал,» — рассказал Дрори — «а он вышел прямо на меня. Мне оставалось только нажать на спуск.»
В своих записях Кемпбелл описывает, как Кейс заглянул в одну из комнат, и обнаружил что она пуста. Затем он заметил луч света из соседней комнаты, направился к ней и резко отворил дверь. Дверь открывалась на себя; в комнате они с Кемпбеллом увидели десять немецких солдат в стальных касках, некоторые из них сидели, остальные стояли. Кейс дважды или трижды выстрелил из своего Кольта, а Кемпбелл крикнул «Подожди, я брошу гранату!». Кейс захлопнул дверь и всем весом навалился на нее, а Кемпбелл извлек из сумки гранату и вырвал кольцо.
«Есть!» — сказал Кемпбелл, и Кейс снова распахнул дверь. Кемпбелл аккуратно бросил в комнату гранату, постаравшись не попасть в какое-либо препятствие. Он увидел, как граната выкатилась на середину комнаты, а Терри в это время дал внутрь очередь из своего автомата.
«Отлично!» — проворчал Кейс.
Кемпбелл утверждает, что это были его последние слова. Когда он закрывал дверь, один из солдат выстрелил в него практически в упор, и он упал.
Култрид говорил, что услышал чей-то крик «Граната!», после чего пистолет Кейса с грохотом упал на каменный пол. Кемпбелл захлопнул дверь, и они с Терри прижались к стене, затем внутри раздался взрыв, сотрясший весь дом.
Какое-то мгновение было абсолютно тихо. Кемпбелл увидел, что в комнате погас свет.
Немецкий отчет упоминает, что свет погас и на верхнем этаже. Один из офицеров в это время связался по телефону с казармами, находившимися в пяти минутах ходьбы, где он попал на лейтенанта Эрнста Шиллинга, только что вернувшегося после проверки постов. Когда Шиллинг услышал об атаке на штаб, он поначалу решил, что это чья-то неудачная шутка. Затем одновременно произошли две вещи: связь прервалась, и до него сквозь шум дождя донеслись звуки выстрелов и взрыва. Он немедленно вызвал охрану.
Офицеры службы снабжения Танковой группы, собравшиеся на совещание в штабе, все еще полагали, что диверсанты явились за их документами и скоро поднимутся на верхние этажи. Они выставили охрану у кабинетов и хладнокровно занимались организацией обороны лестничного пролета. Один из офицеров, лейтенант Ампт, спустился вниз и направил луч своего фонаря в зал. У одной из дверей по левую сторону он увидел лежащее тело. Поскольку стрельба все еще продолжалась, он вернулся назад.
«Я подумал, что тело Джеффри нужно вынести, на случай дальнейшего боя в здании» — говорит Кемпбелл — «поэтому мы с сержантом Терри вынесли тело и положили на траву, рядом со ступеньками, ведушими к входной двери. Он, должно быть, умер в пути, потому что, когда я проверил сердцебиение, то ничего не почувствовал.»
Все эти события произошли за очень короткий отрезок времени, а Кемпбелл писал свой отчет в 1943 году. За это время он лишился ноги и провел два года в немецких госпиталях и лагере для военнопленных. Он признавал, что у него плохая память. Однако его отчет пестрит упоминаниями о глупых выходках и проявлениях непрофессионализма, которых трудно ожидать от тренированных солдат войск специального назначения. Если Кейс действительно открыл дверь, выстрелил, затем закрыл ее и снова открыл — и все это под носом у вооруженных вражеских солдат — значит, он буквально напрашивался на пулю. Кроме того, свидетельство Кемпбелла, полное возгласов, более уместных в мирной жизни при игре в крикет («Подожди, я брошу гранату!», «Есть!», «Отлично!») выглядит слишком неестественным и неподходящим для описываемой ситуации — герои повествования скорее ведут себя как эталонно-мужественные британцы, нежели как реальные солдаты в условиях ближнего боя.
В показаниях Джека Терри, записанных спустя всего три месяца после операции, бой выглядит несколько иначе. Про стрельбу на лестнице он не упоминает вовсе. Он расказал, что увидел, как на левой стороне коридора со стуком открылась дверь, затем она снова захлопнулась. Кейс, проверявший в этот момент другую комнату, заметил свет и широко распахнул дверь. По словам Терри, Кейс открыл дверь лишь один раз, после чего он вошел в комнату, стреляя из пистолета. Терри последовал за ним, увидел, как Кейс упал, и выпустил во врагов очередь смертоносных пуль 45-го калибра из своего автомата. Спустя мгновение, рассказывает он, подоспел Робин Кемпбелл, «перебросивший гранаты прямо через мою голову».