Выместив свой гнев на несчастном Ринтелене, он позвонил в Берлин генерал-полковнику Йодлю, начальнику оперативного отдела Верховного главнокомандования. В разговоре он выразил сожаление позицией Йодля, который был против наступления на Тобрук. Йодль указал на возможность британского наступления, однако Роммель сказал, что 21-ая танковая дивизия фон Равенштайна остановит атаку, в то время как сам Роммель займется Тобруком. Йодль спросил, может ли Роммель гарантировать благоприятный исход. Роммель, вообще не веривший в возможность наступления британцев, дал свое слово, после чего Йодль, наконец, сдался.
Роммель добился своего: наступлению на Тобрук был дан зеленый свет, его начало было перенесено на двадцать третье ноября.
Удовлетворенный успехом, Роммель приготовился наслаждаться отпуском с женой. В полдень пятнадцатого ноября, когда отряд Кейса скрывался в вади неподалеку от побережья, Роммель и фон Равенштайн с женами отправились на завтрак в гостинице Эдем. Люси в обществе графини фон Равенштайн тем утром осматривали достопримечательности и возбужденно обменивались впечатлениями о соборе Св. Петра и Колизее.
Некоторое время Роммель вежливо слушал их разговор, потом повернулся к фон Равенштайну и сказал: «Знаешь, я все время думаю о том, что нам нужно делать с теми пехотными подразделениями…»
Чуть позже они получили приглашение Верховного командования на просмотр фильм «Вперед на Бенгази», повествовавшем о наступлении итальянских частей, которые — без участия Африканского корпуса — отбросили британцев во время операции «Подсолнечник» (Sonnenblume). «Очень интересно и познавательно» — сухо прокомментировал Роммель впоследствии. «Мне всегда было интересно, что происходило в ходе этого сражения».
Через два дня, семнадцатого ноября, Роммель покинул Рим, однако у его самолета возникли проблемы с двигателем и его направили в Афины, где он остался на ночь. Когда штурмовая группа ворвалась в штаб в Беда Литтории, он находился в четырех сотнях милях от места событий. О начале Операции Крестоносец он узнал только после полудня восемнадцатого ноября, когда приземлился в Ливии, однако даже тогда он не поверил в начало наступления, посчитав это разведкой боем.
Однако, даже вернись Роммель на фронт семнадцатого ноября, Кейс и его бойцы не застали бы его в Беда Литтории. Здание, атакованное Кейсом, было резиденцией полковника Шлейзенера начальника Службы снабжения Танковой группы Африка, который занимал здание с дюжиной подчиненных, рангом не выше майора. Вокруг, в радиусе в четверть мили на итальянских виллах проживали около сотни офицеров и триста солдат из состава Танковой группы, по большей части это были водители, писари или посыльные. Позже утверждалось, что Роммель никогда не бывал в здании, однако начальник штаба Роммеля генерал-лейтенант Фриц Байерлейн в своих воспоминаниях о Зимней кампании 1941 года писал: «Ночью с семнадцатого на восемнадцатое ноября британские коммандос в ходе дерзкого рейда постарались уничтожить предполагаемый штаб армии в Беда Литтории — расположенный в двух сотнях миль за линией фронта. Рейд стал прелюдией к наступлению британцев. Здание на тот момент занимал персонал Службы снабжения, погибли два офицера и двое рядовых. Интересно отметить, что Роммель ранее действительно располагался в этом здании. Сам он занимал второй этаж, заместители располагались на первом. Вероятно, британцы узнали об этом из донесений разведки.»
Таким образом, информация была верной, однако нуждалась в уточнении. Байерлейн не упоминает, когда именно Роммель располагался в здании, однако сам Роммель в письме от двадцать восьмого июня просил Люси не беспокоиться о его здоровье, поскольку он сейчас живет в месте, расположенном на шестьсот футов выше уровня моря — то есть точно на высоте Беды Литтории. Однако уже в октябре Роммель перебрался в Каса Кантоньери — итальянский контрольный пункт неподалеку от основной прибрежной дороги в Гамбуте, чуть восточнее Тобрука и ближе к линии фронта. Есть сведения о том, что он уже не в первый раз после Беда Литтории сменил дом. В письме от двадцать шестого августа он писал Люси: «Вечером я вернулся в свой новый штаб и прошел в свои комнаты. К сожалению, утром убил еще двух клопов — они сидели на сетке снаружи. Повсюду тучи мух, моя мухоловка очень мне пригодится.»
Джон Хаселден доставил в штаб информацию о штабе Роммеля в Беде в сентябре, и на тот момент она уже устарела. Когда Хусейн Тахер в ходе последней разведки девятнадцатого октября подтвердил, что Роммель по-прежнему находится на месте, то он либо сказал Хаселдену то, что тот хотел услышать, либо попросту не знал.