Я спросил у капитана рейнджеров, каким количеством личного состава он здесь располагал. Он ответил: «Нас достаточно. Двадцать».
По моему мнению, это было несколько легкомысленное заявление, так как Шармак мог легко вернуться с подкреплением в 150 или даже 200 воинов, присланных из «Аль-Каиды».
«У нас есть боевые вертолеты, «шестьдесят четвертые» «Апачи», неподалеку, – сказал он. – Что бы нам ни понадобилось, все есть».
Я еще раз подчеркнул, что мы, без сомнения, были окружены, и он ответил: «Принято, Маркус. Мы будем действовать соответственно».
Прежде чем мы ушли, я спросил, как они меня обнаружили. Оказалось, что сработал мой аварийный радиосигнал в окне небольшого каменного домика в горах. Экипажи вертолетов засекли его, когда летали над горой, и потом отследили до деревни. Они точно знали, кто был владельцем этого радио «PRC-148» – член первоначальной команды «морских котиков», но командованию пришлось учесть тот факт, что маяк могли украсть и талибы.
Они, однако, не считали, что включили его афганские дикари. Было очень маловероятно, что маяк включили, настроили и направили в небо ребята, которые не имели ни малейшего понятия, для чего он предназначен.
Таким образом, на базе заключили, что один из «морских котиков» находился в этой деревне или недалеко от нее. Так что бойцы подходили к месту моего предполагаемого пребывания, каким-то образом миновав сеть талибских засад. И тут внезапно появился я, одетый, как заместитель Усамы бен Ладена, висящий на плечах пары дикарей. Мы были похожи на трех пьянчуг, постоянно падающих с холма, а завершал картину деревенский полицейский, шедший прямо позади и кричавший: «Два-два-восемь!»
Под руководством Гулаба отряд отправился в деревню и направился во второе мое убежище, где мы пережидали ураган. Военные организовали безопасное оцепление вокруг Сабрэя и отнесли меня в главную комнату, положив напротив окна. Я заметил на дереве петуха, он сегодня вел себя довольно тихо, но воспоминания о его серенадах все еще заставляли меня бороться с желанием снести ему голову.
Хозяева организовали чай, и мы уселись для детального обсуждения и моего рассказа. В Сабрэе наступил полдень. База отправила за мной очень серьезную группу армейского состава, начиная от капитанов и ниже, в основном здесь были рейнджеры и «зеленые береты». Прежде чем мы начали собрание, я был вынужден сказать ребятам, что надеялся быть спасенным «морскими котиками», потому что теперь мне определенно придется вынести много насмешек: «Вот видишь, «морские котики» попадают в передрягу, и нужно посылать регулярную армию, чтобы их вытащить, как всегда».
Это заявление было принято с бурной радостью, но не замаскировало мою бесконечную благодарность за то, чем они рисковали, чтобы меня спасти. Парни вели себя как мастера своего дела и контролировали ситуацию как истинные профессионалы. Сначала они передали по радио на базу, что меня нашли, что я в стабильном состоянии и вряд ли умру, но, к сожалению, остальные три члена команды погибли в бою. Я слышал, как они подтвердили, что я в безопасности, но ведь мы все еще находились в потенциально враждебной афганской деревне и были окружены войсками «Талибана» и «Аль-Каиды». Они запрашивали ночную эвакуацию.
Мой рассказ занял много времени, так как я подробно объяснял детали своих действий на поле боя и вне его. Все время в дом прибегали дети, чтобы со мной увидеться. Они были повсюду – висели у меня на руках, обнимая руками шею, болтали, кричали, смеялись. Взрослые из деревни также заходили, и мне приходилось настаивать, чтобы они остались, особенно Сарава, который опять появился из ниоткуда, и Гулаб, который так и не уходил. Каждому из них я был обязан жизнью.
До сих пор никто так и не нашел тела Майки, Дэнни и Акса. Мы потратили много времени, просматривая фотографии со спутников, чтобы я указал точные места их гибели. У армейцев была некоторая информация о битве, но своим рассказом я заполнил множество пробелов. Особенно о том, как мы отступали под командованием Майки, и продолжали отступать постоянно, что у нас не было другого выбора – лишь устанавливать линию обороны ниже по склону, каждый раз отходя все дальше и дальше.
Я вспомнил, как Акс держал наш левый фланг с такой впечатляющей отвагой, и как Дэнни, уже раненный много раз, продолжал стрелять до последнего вздоха, пытаясь удержать правый фланг. И что, в конце концов, талибов было просто слишком много и у них было слишком много оружия, слишком много русских гранат, которые, в конце концов, и вывели нас с Аксом из битвы.