Там мы бегали большими кругами с лодками на головах, а потом соревновались на скорость без них. Следом шел еще один заход в воду, и в конце этих пятнадцати минут члена экипажа первой лодки, крепкого, как сталь, техасца (как я считал), поразила резкая боль, похожая на симптомы аппендицита. Что бы это ни было, терпеть такую боль было невыносимо. Я едва мог вспомнить свое имя, так что «Скорой» пришлось забрать меня для осмотра в медицинском центре.
Когда я пришел в сознание, встал с кровати и тут же вернулся в строй. Уход с курса я даже не рассматривал. Помню, как инструкторы поздравили меня, что я надел теплую, сухую одежду, и тут же приказали бежать прямиком в океан. «Ты лучше бы искупался в воде и в песке. На случай, если забыл, чем мы здесь занимаемся».
Начиная примерно с 2 часов ночи и до самого утра весь класс бегал по базе с чертовыми лодками над головой. На завтрак нас отпустили где-то в 5 часов, и вторник начался почти так же, как понедельник. Не спавшие, замерзшие и уставшие до изнеможения, в тот день мы совершили пятикилометровый заплыв на лодках к северному острову, на скорость. Наступил вечер вторника. Мы не спали вот уже на протяжении более шестидесяти часов.
Список травм все пополнялся: порезы, растяжения, волдыри, синяки, порванные мышцы, и у нескольких ребят уже проявлялись симптомы воспаления легких. Мы работали всю ночь, совершили один длинный десятикилометровый заплыв на лодках и отправились на завтрак в среду так же, в 5 утра. На тот момент мы три дня не спали – но больше никто не ушел. Все утро мы продолжали тренировки: плавали – гребли – плавали, а потом и бегали вдоль пляжа. Мы донесли лодки до столовой в полдень, и нам, наконец, разрешили поспать. Инструкторы выделили на сон час сорок пять минут и большую палатку для нашего размещения. Осталось тридцать шесть парней.
Вот только возникла проблема – многие ребята не могли уснуть, и я был одним из них. Медработники пытались помочь раненым вернуться в строй. Главной проблемой были травмы сухожилий, особенно на бедрах, и парням требовалось выполнить несколько упражнений на растяжку, чтобы привести себя в чувство для грядущего дня.
Через два часа пришла новая смена инструкторов, и они тут же начали кричать, будить нас и пытаться вернуть класс в строй. Это было то же самое, что стоять посреди кладбища и пытаться разбудить мертвых. Медленно до спящих начало доходить: их худший кошмар становится явью. Кто-то снова тащит их вперед.
Офицеры SEAL приказали нам искупаться в прибое, и каким-то образом мы переползли и проковыляли через песчаную дюну в ледяную воду. Нас снова подвергли пятнадцатиминутной пытке в океане, потом мы сделали упражнения в прибое, потом потащили лодки обратно, к столовой.
И снова нас гоняли всю ночь: то в воде, то на берегу. Бог знает, сколько километров мы пробежали в ту ночь по побережью. Наконец нам снова позволили поспать. Это был четверг, думаю, часа 4 утра. Вопреки пессимистичным прогнозам, все быстро проснулись и понесли лодки на завтрак. Потом все более безжалостные инструкторы заставили нас плавать на лодках в огромном бассейне, гребя одними руками, без весел, а потом таким же образом плыть с ними наперегонки.
Среда плавно перетекла в четверг, мы были уже на финальном этапе адской недели. Впереди осталась знаменитая лодочная кругосветка, последнее из основных испытаний этой недели. Мы сели в лодки где-то в 19.30 и отчалили от центра спецопераций, направляясь сначала к северной оконечности острова, потом обратно, в бухту Сан-Диего, на десантную базу. Ни одна ночь моей жизни не текла так долго.
Некоторые парни страдали от настоящих галлюцинаций, и во всех трех лодках ввели такую систему дежурства, где один мог спать, пока остальные гребли. Невозможно выразить словами, насколько мы были измучены. Я почти постоянно думал о доме и представлял, что плыву на этой лодке прямо на ранчо. Единственная радость заключалась в том, что на нас была сухая одежда.
Внезапно один парень в нашей лодке почти отключился. Он просто опрокинулся в воду, все еще держа весло в руках и делая гребки на автомате, продолжая двигать лодку. Мы вытащили его из воды. Казалось, он даже не понял, что пять минут провел в заливе Сан-Диего. В конце концов, я думаю, что все мы гребли почти во сне.
После трех часов гре€бли нас отозвали на берег для медицинского осмотра и перекуса в виде горячего супа. После мы продолжили путь и плыли почти до 2 часов ночи пятницы, когда нам через мегафон отдали очередной приказ. Ни один из нас этого не забудет. Один из инструкторов крикнул: «Покинуть лодки!»