Она повернула голову к своему спутнику, Рон не выдержал и коснулся губами ее так манящих губ. Девушка не противилась, наоборот, притянула его ближе к себе, углубляя поцелуй. В это время что-то спугнуло певуна. Рон вздрогнул. На другой стороне небольшого озера заколыхались ветви кустов, на берег вышла пара.
-Тш-ш-шш, - прошептала Элеонора, присаживаясь, прячась за резными перилами.
- Ты что? – тоже шепотом спросил Рон.
- Родители. Как ты думаешь, они нас видели?
- Н-не знаю, вроде нет, хотя луна яркая, но мы в тени.
Луна действительно заливала окрестности ярким, холодным светом. Молодежь так и сидела, укрывшись за перилами, Рон воспользовался моментом и сорвал еще один поцелуй.
- И что мы теперь делать будем, - спросила девушка, - не всю же ночь так сидеть?
- Конечно, не всю! Пошли, по- моему, они нас не заметят!
- Ты не знаешь отца, он все заметит…
- Думаю, сейчас им, видимо, не до нас, смотри!
На другом берегу озера, вся облитая лунным светом, сплелась в объятиях другая пара. Родители Элеоноры самозабвенно целовались.
Молодежь, пользуясь моментом, улизнула из беседки, забыв на столике букет. Спохватились только у входа во дворец.
- Я растяпа, как ты думаешь, он долежит до утра?
- Я сейчас сбегаю, заберу.
- А если они пойдут туда?
- Но я же буду один, ничего неприличного нет.
Рон проводил Нору до ее комнат, и быстро побежал за букетом. Но беседка оказалась занята, более того, там опять целовались! Ронгвальд не знал, куда деваться от смущения, но твердо решил дождаться, когда беседка освободится и забрать букет. Он спрятался в кустах неподалеку, но до него долетали обрывки фраз, порой заставлявшие его краснеть.
- Нет, Эль, все же нам стоит на следующий год поехать встречать весну в России. Здесь хорошо, но разве эта пичуга может сравниться с нашим соловьем, представь, только начало белых ночей, в спальню заглядывает луна, цветет черемуха, ее аромат заполняет все вокруг, и соловьи заливаются, если один замолкает, то еще несколько стараются его перепеть, и так всю ночь… Ни здесь, ни на Эллане такого нет! Я так жалею, что ты этого не видел. Давай на следующий год поедем в конце мая под Петербург, соловьев слушать!
- Не будем загадывать, Анни, но обещаю, если все будет в порядке, то вырвемся на неделю, сможем. Ты мерзнешь, иди сюда, буду греть.
- Эль, мы же уже не молодые…
- Не все ли равно, если мы до сих пор влюблены друг в друга! Я думаю, вернее, надеюсь, что и когда нам будет «под сто» мы все равно сможем вот так обниматься и слушать птичек!
- В том возрасте только и останется, что птичек слушать, и то, со слуховым аппаратом. Эль, ты с ума сошел, а если кто-то тоже гуляет?
Тс-сс, тише, ты забыла, что нам не под сто, а во дворце такой проходной двор… Обопрись о перила…Дальше ждать уже не было никакой возможности, и Рон с позором сбежал. Ничего, он встанет пораньше, и еще до завтрака купит Элеоноре еще букет, вместо потерянного. Надо же, родители Норы до сих пор любят друг друга! Как бы он хотел иметь такую же любящую семью. И у его отца с матерью тоже была любовь, если бы она не умерла так неожиданно! Надо будет тихо, не привлекая отца постараться расследовать, что же все-таки произошло на самом деле. Неужели маме умереть помогли?
Глава 4.
Глава 4.
Парана, саммит.
Вернувшись ни с чем во дворец, Ронгвальд не стал беспокоить Нору, а вернулся к себе. У отца в комнате горел свет. Он тихо поскребся и, отворив дверь, замер на пороге. Отец сидел за ноутбуком и играл в новомодную стратегию. Обернувшись, он смутился, что его застали за таким несерьезным занятием, но увидев сына, улыбнулся и пригласил войти.
- Сейчас, только сохранюсь! Что ты хотел?
- Папа,- замялся Рон, - ты как-то сказал, что бы я к девушкам присмотрелся, вот, получается… - он замолчал, не зная, как продолжать.
- И что, кто-то нравится?
- Да, папа, и, может быть, сегодня ее родители видели, как мы целовались!
- Уже целовались? Быстро вы! И кто же тебе так понравился?
- Элеонора Этерлинг.
Отец несколько минут сидел, осмысливая, сказанное сыном.
- Ты что, никого попроще найти не мог?- с сомнением проговорил отец,- тут не знаешь, как подступиться даже, одни сложности. Она же единственная дочка у отца! Как Эльриан отреагирует? А она сама, как? Ты-то ей нравишься?
- Похоже, нравлюсь.
Отец вздохнул. – Хорошо, завтра постараюсь в перерыве поговорить с императором, посмотрим, что получится. Тут все, конечно, от самой девушки зависит. Если ты ей по сердцу, она отца уговорит. Озадачил, сынок! Иди спать, попробуем договориться!