— Закончил? — наконец спросил он у Рона. Тот кивнул
— Пошли в перевязочную, рубцы от плети обработаю, потерпеть придется. И швы с рук сниму, прорезаются уже. Сильно вену на левой руке раскромсал, рубец на всю жизнь останется.
***
Пауль Штерн, был не так давно назначен личным врачом императорской семьи, вместо отца, передавшего ему этот пост «по наследству», ну как передавшему, всучившему! Пауль, молодой, подающий большие надежды хирург, совсем не горел желанием оказаться в роли этакого диспетчера станции скорой помощи, основная функция которого сводилась к своевременному вызову врача нужной специализации. Кроме того, следовало еще смазывать разбитые коленки и прочие ссадины императорских отпрысков, которые отличались большой выдумкой в плане различных шалостей и приключений на свою, гм… нижнюю часть спины. Особенно младшие. Пара близнецов, Эверли и Эмильенн, по- простому, Эви и Эми похоже, превзошли собственного отца, который в их возрасте регулярно доводил императора Эвальда чуть ли не до нервного тика. Весь дворец вздыхал с облегчением, когда начинался учебный год, и хулиганистая парочка уезжала в Кадетский Корпус. Тогда беспокойные дни начинались уже у преподавателей Корпуса. Правда, за последний год 15-летние оболтусы повзрослели, стали заниматься спортивным пилотированием, по примеру отца, и начали мечтать о Морионской академии астронавтики, которую не суждено было закончить самому Эльриану. А это требовало более усердных занятий, как спортом, так и такими непростыми дисциплинами, как физика, математика, астрономия и химия.
Сам Пауль за пару лет привык, больших хлопот на новом посту не было, он завидовал отцу, которому в первые годы правления Эльриана работы доставалось много. Жутко скучал по хирургии. Попробовал поговорить с Иваном Сомовым, начальником Центрального Военного госпиталя о смене места работы, но получил, нет, не отказ, а строгое внушение. Ему разъяснили, что раз доверили в его руки здоровье императорской семьи, то следует гордиться и исполнять свой, такой важный для планеты долг. Привел пример самой императрицы Аннабель, которая с успехом закончила Медицинский факультет, но вместо своей мечты стать кардиохирургом, избрала специальность психолога, более для нее полезную. Одно было хорошо, Иван сообщил, что если Пауль найдет и подготовит себе достойного помощника, на которого сможет на 100 % положиться, то он возьмет его на полставки дежурным хирургом, но не в ущерб основной работе. Однако, найти человека, которому он смог бы так доверять пока не получалось и Паулю приходилось все дни проводить во дворце, а так же сопровождать императора, или его семью в разъездах, вот как сейчас. Поэтому небольшая разминка со странным пациентом в рабском ошейнике была ему в радость.
Мальчишка был истощен до предела, причем как физически, так и психически, гемоглобин критически низкий, авитаминоз, алиментарная дистрофия, попросту — долго голодал. Кроме того, был неоднократно избит то ли плетью, то ли кнутом, разница небольшая, но незалеченные раны воспалились, а в двух местах явно были абсцессы, которые необходимо было вскрыть. И общую анестезию дать нельзя! Тот же уровень гемоглобина не позволял. Конечно, в госпитале, с опытным анестезиологом, проблем бы не было, но на крейсере, где наркоз мог дать только фельдшер, прошедший специализацию, это было рискованно. В этот момент Пауль осознал свои ошибки в организации медицинской помощи на корабле! Не подумал, не предусмотрел! Понадеялся на штатное расписание. Но оно мирного времени, а если бы пришлось вступить в бой? Или просто авария, от которой никто не застрахован? Ничего, прилетят домой, он поставит этот вопрос перед начальством. А пока пошел готовиться к обработке ран под местным обезболиванием.
Все прошло хорошо, плюс к местному анестетику он ввел пациенту транквилизатор, парень дремал и на его манипуляции не реагировал, а может просто был привычен терпеть боль. Как бы то ни было, абсцессы он дренировал, раны обработал, зашивать не стал, иначе вновь нагноения не избежать, в полости абсцессов оставил дрены, и наложил повязки. Растормошил пациента, фельдшер отвел того в палату, уложил на койку и, вернувшись, доложил, что тот уснул, едва коснувшись головой подушки.
Примерно, через два часа, появился император, корабль начал готовиться к старту, а он сам прошел в госпитальный отсек. Пауль доложил, что пациент вымыт, накормлен, осмотрен и спит.
Эльриан спросил, о состоянии.
— Хорошего мало, Ваше Величество, — ответил врач, — сильное истощение, голод, как держался, непонятно. Психика, соответственно тоже не в порядке. Спина вся изувечена, били и не раз, рубцы и свежие и уже старые, воспаленные, пришлось два абсцесса вскрывать. Сейчас спит.
— Спит, это хорошо, но будить придется, надо ошейник с него снять. Мне показали, как.
— Я ему транквилизатор дал, наркоз для обработки ран давать было нельзя, анемия сильная, он же себе вены вскрыть пытался. Так что работал я под местной анестезией, вот успокаивающее и вколол. Так что вряд ли разбудим. Будить обязательно?
— Попробуем снять во сне, вроде ничего сложного, Клод, как я понял, документы на меня оформил, Нужен USB — провод и мой чип. Надо соединить ошейник и пульт, приложить мой чип и дать команду на открытие замка. Есть еще один путь, если обходиться без хозяина, но там сложнее, надо код вводить. Мне его записали, но вторая процедура болезненнее.
Провод нашелся, соединили, Эльриан ввел код, полученный от Джона — на всякий случай, потом приложил руку с чипом к экрану пульта, и…ничего не произошло. На экране высветилась фраза — «введите имя хозяина, в соответствии с указанным в купчей».
— Не понимаю! Клод, ты на мое имя его оформил?
— Да, дважды этому продавцу называть пришлось!
— Ты называл, не писал?
— Решил, что назвать лучше, потом ищи у него бумажку с именем, а вдруг зажмет и продаст, например, корреспондентам!
— Давай купчую, посмотрим, что там!
Клод вытащил из папки лист гербовой бумаги. — Вот черт косоухий! — ругнулся он.
Что там?
— Ошибка. Вместо Эльриан — Эрлиан, и дальше, не Эстрейл, а Эстел! Так радовался, что дорого продал, что все перепутал, и что делать будем?
— Хорошо, что код я все-таки ввел, раз чип и имя владельца не совпадают, введем вручную. Как там получается?
— Эрлиан Эстелл Этерлинг, хоть родовое имя не перепутал.
— Ввожу, теперь еще один код, и… вот! Получилось!
Ошейник разомкнулся, император вытянул кожаную полоску, изнутри усеянную мелкими шипами. — Ну и гадость! Пауль, смотри, он его все же обжег на прощание, а парень даже не проснулся! Ты ему что-то убойное вколол?
— Нет, просто он, видимо, так измотан, что на него подействовало сильнее. Я сейчас шею смажу кремом от ожогов, к пробуждению все заживет!
— Хорошо. Клод, раз уж ты в это втянут, парень на тебе. Кстати, его зовут Рон. Обеспечишь безопасность, хотя, скорее, не его, а от него. Не дашь делать глупости, понял?
— Понял, понял, хоть просвети, кто он такой? Раз не Вилли, как в документах, значит, под чужим именем на Обен заслали, специально. А вдруг он…
— Угадал. Он как раз вдруг, но, думаю, не в том положении, что бы права качать. Сам видел из какой ситуации мы его случайно спасли. Проснется, еще поест, и позовете меня, ясно?
Ронгвальд проснулся оттого, что что-то холодило спину. Попытался приподняться, но его придавила к кровати твердая рука.
— Тише, не дергайся, я перевязку делаю, не стал ждать, пока проснешься, все повязки уже промокли, надо менять, а ты все спишь! — Раздался голос вчерашнего врача.
Рон вновь улегся, но рискнул и спросил: — А в уборную сначала нельзя?
— Нежелательно, 18 часов терпел, неужели 10 минут не подождешь!
— 18 часов?
— Да, ты столько проспал. Жалко было будить, но все равно, через два часа прыжок в субпространство, спать нельзя.
— И куда мы летим?
— Вначале на Родон, на саммит, потом, куда император скажет, предварительно — на Терру.
Рон пошевелил головой, устраиваясь поудобнее, и ощутил какую-то неправильность, тихо вытащил руку из-под подушки, провел по шее и вновь чуть было не подскочил.
Врач, отнеся это движение на свой счет, успокаивающе произнес: — Что, больно сделал? Все, уже закончил, последний бинт наклеиваю! Сейчас встать сможешь.