— Старая посудина, на которой я проходил стажировку, неудачно столкнулась с метеоритом, так что пришлось ее ставить в док на капитальный ремонт и переоборудование, вот всю команду и распустили в отпуск, а мне оставалось три недели, решили, что раз я побывал в реальной аварийной ситуации, то не стоит отрабатывать их формально. Поприсутствовал на разборке ситуации, на осмотре корабля, и мне зачли стажировку. Выпустили пилотом четвертого класса, Хотя обычно стажерам присваивают пятый!
— Поздравляю! Дяде уже представился?
— Нет, попал, как говорят с корабля на бал! Что у нас за сборище? Полно монархов с других планет.
— Внеочередной саммит. Но я тебе не представила, Ронгвальд Раверди, мой жених, у нас свадьба на зимних каникулах! И его младшая сестра, Ритара Итонийская.
Рон и Ритара как положено, поклонились.
— Эд, приходи вечером ко мне, поболтаем, отметим твое окончание академии! Дяде будет не до тебя, у него наверняка с десяток встреч намечено на вечер! А сейчас извини, хочу танцевать.
В зале зазвучали первые звуки музыки. Эдгар кивнул и поклонился Ритаре, приглашая ее на танец. Рита почему-то смутилась, но руку кавалеру подала. Эвелина закружилась в объятиях Рона. Начался бал. Протанцевав несколько танцев, Эвелина предложила Ронгвальду сбежать, все-таки у него завтра трудный день. Эдгар все же пробился к дяде, представился, и тоже сбежал, пригласив Ритару отпраздновать вместе с ним и кузиной, тем более, там будет ее брат, так что это вполне прилично. Пока слуги несли легкие напитки и закуску, молодые люди разговорились и познакомились окончательно. Ритару неприятно удивил тот факт, что с родственником невесты Рон держался гораздо свободнее и приветливее, чем с ней. Что же произошло за эти полтора года? И о чем предупреждал дядя Ренне? Именно об этом? Она уже хотела уйти сразу после первого глотка шампанского, в честь новоявленного космопилота, но ее удержали.
Эдгар рассказал о себе, что воспитывался с четырех лет в семье дяди, до рождения Эдварда и Элеоноры числился кронпринцем. Наконец, им стал Эдвард, а Эдгар получил возможность осуществлять свою мечту о космосе. Поступил в Кадетский Корпус, в 10 лет, настоял на раннем поступлении сам, дядя рассчитывал определить его туда только в 13–14 лет, но он хотел получить больше самостоятельности. По примеру дяди же стал заниматься пилотированием, выигрывал турниры на Эллане. На Морионе тоже. И вот, уже дипломированный пилот космического корабля. Надеется на место в Военно-космическом флоте Элланы. Спросил Рона, чем он занимается в свободное от обязанностей принца время. Рон дипломатично пояснил, что сейчас его основная задача окончить Технический университет, а в мае предстоит повторная операция, по восстановлению утраченных мышц спины. Как получилось получить травму, Эдгар узнает завтра, он будет выступать на саммите, два раза пересказывать не собирается, тяжело. Эдгар деликатно промолчал, хотя про себя удивился, какая связь между саммитом и здоровьем итонийского принца. Ритара тоже была разочарована. Она надеялась, что Рон расскажет, что с ним случилось. Посидели еще немного и разошлись, вернее всех разогнала Эвелина, заявившая, что Рону нужно завтра выспаться, перед выступлением. Эдгар пошел проводить Ритару до гостевого крыла дворца, разговорились, Ритару очень заинтересовала специальность Эдгара, она выспрашивала у него, сложно ли управлять космолетом, зачем пилотам еще требуется навык владения авиоником. Эдгар отвечал подробно, чем покорил девушку, не стал отнекиваться, что это женщинам неинтересно. Этим он выгодно отличался даже на фоне Джеймса, который нет-нет, да и допускал выражения типа "не женское дело". В общем, понравился. И окончательно покорил ее предложением покатать на своем спортивном авионике, показать Эстину с высоты птичьего полета. Условились на утро последнего дня саммита. Проводив до покоев итонийцев, Эдгар галантно поцеловал девушке руку и распрощался до завтра.
Ночь Ронгвальд проспал на удивление спокойно, проснулся в хорошем настроении, которое впрочем, сразу ухудшилось, как вспомнил о саммите. Однако собрался, позавтракал, надел положенный официальный костюм и вместе с Эвелиной прошел в зал заседаний. Эльриан открыл внеочередной саммит монархических планет, заинтриговав всех возможностью наконец-то решить надоевший вопрос с Обеном раз и навсегда. Предупредил, что второе заседание пройдет в строго закрытом режиме, почему — участники поймут сами. Напомнил, что он обещал выступление особого свидетеля, способного рассказать о ситуации на Обене изнутри. Но в связи с недавним событием, которое и повлекло созыв внеочередного саммита, он решил, что будет правильным выслушать этого свидетеля сейчас. Монархи выразили одобрение и император вызвал на трибуну Ронгвальда.
Глава 40
Эллана.
— Прошу выслушать нашего свидетеля, почти все вы его знаете лично — Ронгвольд Раверди.
Рон поднялся со своего места, напоследок ощутил пожатие пальцев Эвелины, прошел к месту докладчика, остановился, обвел глазами сидящих за традиционно круглым столом монархов и членов делегаций за их спинами. Бросилось в глаза раздраженное лицо отца, встревоженное — Ритары, удивленные других монархов. Он набрал воздуха и начал:
— Господа, так сложилось, что в этом году более двух месяцев мне пришлось провести на Обене, причем в самом низшем социальном слое, то есть в качестве раба. — По рядам присутствующих прошел удивленный шум. — Я не буду вдаваться в подробности, как это произошло, желающие могут получить информацию дополнительно, изложу суть вопроса…
В зале наступила тишина, и Ронгвальд продолжил. Коротко изложил свои личные злоключения, потом привел несколько историй рабов, оказавшихся с ним в одном бараке, пояснил, какое обращение с рабами царит на Обене, как утилизируют изношенный товар, и в довершение заключил:- Так что, господа правящие монархи, когда вы подписываете так сказать помилование смертникам, помните, что быть проданным на планету типа Обена — самый худший из вариантов отбывания наказания. Проще и гуманнее сослать преступника на каторгу в шахты, или на вредное производство, чем лишать его последнего, что у него осталось — человеческого достоинства.
Тишина в зале после окончания речи стояла звенящая. Никто не решался задать так и просящийся на язык вопрос. Рейнджер сидел опустив голову, стараясь не привлекать к себе внимания, страшась этого вопроса: — Как ваш сын очутился в таком положении??! Эльриан понял, что надо брать ситуацию в свои руки, но опоздал. Первой высказалась Виттория. Вездесущая старуха не постеснялась высказать свои эмоции:
— Господи, мальчик, как же ты там оказался! Рейджен, отвечай, я от тебя такого не ожидала! — Рейджен молчал, пряча глаза, Эльриан понял, что Ронгвальд долго не выдержит, и высказался:
— Господа, я думаю, мы поблагодарим принца Ронгвальда за откровенный рассказ, думаю, комментарии могут дать итонийцы без его присутствия. Давайте отпустим юношу. Ему еще предстоит выступить на саммите планет, входящих в Унию. Не будем терзать ему нервы тягостными воспоминаниями.
Ронгвальд выдавил из себя, — Спасибо, — и вышел из зала. Эвелина рванулась за ним, следом вышла Ритара.
Рон сидел на диване в холле перед залом заседаний. Бледный Ив совал ему в руки бокал с коньяком. Эвелина взяла бокал в руки и жестко приказала:- Пей, залпом, иначе не выдержишь! Говорила же, не лезь, справятся без твоих откровений! А ты еще стресса решил себе добавить. Уж монархи-то вполне обошлись бы Габриэлем!
Ронгвальд помотал головой, глотнул коньяк и поднял глаза на Эвелину.
— Ты не права, Эви. Без этой репетиции я вряд ли решился бы заговорить на саммите Унии в огромном зале! Теперь понял, что все не так страшно. Никто презрением не окатил, у всех на лицах было только сочувствие. Даже легче стало! Так что, успокойся, Эви, на саммите Унии будет легче, там я и половины народа не знаю, а они не знают меня. Лучше пойди, послушай, что там обсуждают.
Эвелина кивнула и вернулась в зал. Ритара молча стояла и никак не решалась подойти к брату. Она чувствовала, что он не рассказал и десятой части всех своих злоключений, и, скорее всего, большая часть была связана с отцом, отсюда и разлад. Ронгвальд заговорил первым.