— Сколько времени займёт операция, включая заживление? — спросил Стэнтон у марсианина.
— Около часа на саму операцию, — ответил Нарт. — Исцеление происходит почти мгновенно, если использовать марсианскую терапию.
— Тогда вот мой план, — сказал Кларк Стэнтон. — Как только я, то есть мой мозг, окажется в теле Клайна, я приду в его дом и начну играть его роль. Никто не заподозрит меня, если я буду следить за собой и не сделаю неверных шагов. Завтра вечером со мной как-то свяжется шеф. Когда он это сделает, я позову вас. Втроём мы схватим его и публичное его разоблачение сразу разрушит царство запугивания «Друзей».
— Звучит достаточно неплохо, — беспокойно пробормотал Бурмер, — но как насчёт твоего тела? В нём же будет Клейн!
— Да, — кивнул Нарт, — но мозг Клейна будет в теле Кларка только до тех пор, пока он не вернётся. После этого я смогу отменить обмен.
— Но вообще возможно пересадить мозг землянина в тело венерианца и наоборот? — с сомнением спросил Бурмер.
— Почему нет? — пожал плечами Нарт, готовясь к операции. — Между этими двумя расами нет кардинальной анатомической разницы, поскольку венериане — потомки землян, колонизировавших этот мир тысячу лет назад. Так же как ты и я являются отдалёнными потомками землян-колонистов.
— Звучит неплохо, но я бы не хотел, чтобы это сделали со мной! — заявил Бемо Бурмер.
Стентон осклабился.
— Не волнуйся так, Бемо. Раз операцию будет делать Нарт, значит, это будет безопасно.
— Мне нужно приготовить физраствор, сыворотку и проверить инструменты, — заявил Ним Нарт. — Принеси два стола, Бемо, и положи венерианца на один из них.
Через полчаса марсианин был готов провести операцию, которая считалась легендарным подвигом биологического волшебства его мира. Бесчувственное тело Кендалла Клейна лежало на длинном металлическом столе, Стэнтон растянулся на другом столе рядом. Между ними стояла квадратная подставка с замысловатыми инструментами Нарта и двумя квадратными сосудами со светлой жидкостью.
Когда Стэнтон посмотрел на бледное, красивое лицо венерианина, лежащего на столе без сознания, он почувствовал, как по коже пробежали мурашки. Через час это будет его лицо — его тело!
Когда марсианин взял маленький круглый инструмент и склонился над головой венерианина, его прищуренные глаза заблестели профессиональной страстью.
— Сначала я удалю мозг Клейна, — пробормотал он и занёс инструмент над головой венерианина.
Тонкий, круглый белый луч вырвался из него, вонзившись в череп пациента.
— Без луча-трёпана с автоматической регулировкой глубины всё это было бы невозможно, — пробормотал Нарт, не отрываясь от работы. — Представьте себе трепанацию пилами, как это делали тысячу лет назад.
Он аккуратно приподнял верхнюю часть черепа Клейна, обнажив губчатую серую массу. Пока Стэнтон с Брумером зачарованно наблюдали за его работой, марсианин умело направлял крошечные лучи на нужные участки мозга, работая с ловкостью, рождённой долгим опытом.
— Нужно перерезать двенадцать пар черепных нервов, не повредив их, иначе всё будет напрасно, — услышали Стэнтон с Брумером. — Вот! А теперь перережем и зажмём кровеносные сосуды спинного мозга. Скальпели и стальные зажимы, используемые для этого давным давно, никогда не справились бы с такой работой. Но соединяющий ткани луч создаёт закупорку, которая отлично продержится до тех пор, пока вены и артерии снова не соединятся и не начнётся заживление…
Через несколько минут Стэнтон с Бурмером увидели, как марсианин хладнокровно извлёк серую массу мозга Клейна из черепной коробки и поместил её в кубический сосуд с бледной жидкостью.
— Физраствор с сывороткой удержит мозг физиологически подавленным, пока я не буду готов, — заявил Ним Нарт. — Хотя, конечно, я не осмелюсь держать его в таком состоянии слишком долго.
С этими словами он посмотрел на Стэнтона и поднёс к его носу капсулу с усыпляющим газом.
— Всё в порядке, Кларк? — с тревогой спросил он.
— Нормально. Продолжай, — ответил Стэнтон настолько спокойно, насколько мог.
Он услышал слабый звук разламывающейся капсулы, вдохнул едкий газ, его голова закружилась и он провалился в бездонную пропасть тьмы. Казалось, он плыл в темноте целую вечность. А потом ощущения постепенно вернулись к нему в виде ослепляющей головной боли. Стэнтон открыл глаза. Над ним склонились Нарт и юпитерианин. Прищуренные глаза Нарта сияли.
— Полный успех! — гордо заявил он.
Стэнтон почувствовал холодный, ползущий трепет.
— Ты имеешь в виду… — заговорил он высоким, показавшимся ему странным голосом.
— Дело сделано, — кивнул Нарт. — Вот, посмотри на себя.
Он поднёс зеркало, Стэнтон посмотрел в него — на красивое, с орлиными чертами лицо Кендалла Клейна. По правде говоря, теперь это было его лицо. Немного дико он посмотрел на другой столик, на нём лежало его собственное тело — мускулистое тело черноволосого землянина, глаза которого были закрыты.
— Он всё ещё в беспамятстве и мне лучше оставить его в таком состоянии, пока ты не вернёшься, — сказал Нарт. — Иначе он раструбит повсюду о том, что мы с ним сделали.
Стэнтон неуверенно кивнул.
— Тогда держите его постоянно без сознания. Помогите сесть.
— Как себя чувствуешь, Стэнтон? — встревоженно спросил Бурмер. — Или мне теперь стоит называть тебя Клейном?
Стэнтон изобразил неуверенную улыбку.
— Зови меня Стэнтон-Клейном, а того товарища — Клейн-Стэнтоном, — сказал он. — Ощущение такое, будто голова вот-вот развалится на части.
Он провёл рукой по голове. Мягкие, гладкие волосы — волосы Кендалла Клейна — казались нетронутыми, он не смог обнаружить никакого шрама.
— Марсианская терапия, — гордо сказал Ним Нарт. — Давным давно мой народ узнал, как почти мгновенно исцелять повреждённые ткани с помощью луча, стимулирующего рост новых клеток с невероятной скоростью.
Стэнтон неуверенно встал, посмотрел вниз, на своё новое, высокое тело, одетое в богатые белые шелка. Сверхнаучная матаморфоза превратила его, земного шпиона, в одного из правителей Венеры!
Глава VI
Стентон попытался преодолеть странное чувство нереальности происходящего, что овладело им, когда он осознал себя в теле другого мужчины. Бемо Бурмер продолжал с благоговением смотреть на него.
— Я отправляюсь в дом Кендалла Клейна немедленно, — сказал землянин новым, высоким голосом. — Подожду, пока шеф свяжется со мной. Как только это произойдёт, я сразу же с вами свяжусь.
— Но разве мы не идём с тобой? — тревожно спросил Бурмер.
— Только не ты! — воскликнул Стэнтон. — Если тебя увидят рядом с Клейном, это выдаст всю нашу затею. Кроме того, — добавил он, — все подчинённые шефа ищут тебя, Бемо, и меня, я имею в виду, настоящего меня. Тебе придётся на некоторое время затаиться здесь.
Бермер неохотно кивнул.
— Знаешь, где находится дом Клайна? — спросил он.
— Один из тех больших особняков, выходящих окнами на Правительственную площадь, я прав?
Юпитерианин кивнул.
— Тот, что в юго-восточном углу. У Клайна, слава Небесам, нет семьи, но живёт он стильно.
Стэнтон направился к выходу, остановился у двери, оглянулся на гибкую, бесчувственную фигуру на столе.
— Я завишу от тебя в том, что тебе предстоит проследить, чтобы с моим… моим телом ничего не случилось. — твёрдо сказал он и его охватил ужас при мысли о несчастном случае, который может вынудить его остаться в этом чужом теле.