— С ним все в порядке? — Настороженно спросил я у нечистого. — Чего-то наш капитан стал похож на придурковатый овощ. Улыбается как ненормальный. Мне его еще в отдел вернуть надо. Желательно, в адеквате.
— Не боись, лейтенант, — подмигнул Бесов. — Говорю же, спасибо скажешь. Это он просветлился. Капитанам иногда полезно голову от всякого дерьма почистить.
Глафира Игнатьевна встретила нас на крыльце. Такое чувство, будто и не уходила отсюда.
— Чистые? Вот и славно. — Она повернулась к следаку, посмотрела ему в глаза и тихим, ласковым голосом сказала. — Иди-ка, милок, отдохни. Анатолий, уложи товарища милиционера на печку. Пусть поспит. А мы пока поговорим с его коллегой. И… — ведьма многозначительно усмехнулась, — Позаботься, чтоб товарищу следователю снились правильные сны. Он сегодняшний день должен до конца жизни запомнить. Выводы должен сделать.
Когда Бесов, ворча, что нянькой он не нанимался, увел в избу размякшего Серикова, Глафира жестом указала на беседку, расположенную рядом с домом. Видимо, это было приглашение. Я его принял.
В беседке нас ждал стол, накрытый обычными деревенскими угощениями в виде вазочки, наполненной медом, самовара, чая, разлитого по кружкам, и внушительной кучки пирожков с повидлом.
Ведьма села за стол, подвинула в мою сторону одну чашку, и пристально посмотрела в глаза:
— Ну, задавай свои вопросы, инквизитор. Говори, пока твой Сериков не пришел в себя. Ты еще в лес войти не успел, а мне уже донесли, что сам Иван Сергеевич явился.
— Это кто же, интересно, донес?
— А какая разница? — усмехнулась ведьма, — Ты не о этом размышляй, а говори, что волнует. У меня нет ни времени, ни желания до утра тут с тобой лясы точить.
— «Сердце Змеи», — рубанул я сходу. Заодно опуская в чай ложку густого, черного меда. — Что это такое?
Глафира усмехнулась, но в её глазах не было веселья.
— «Сердце Змеи»… Опасная штука, скажу я тебе. Источник древней магии, из мира Нави. Легенды говорят, тот, кто им завладеет, сможет подчинить себе всю нечисть — от призраков до демонов первой ступени. Обладать «Сердцем» — все равно что стать повелителем могущественных сил.
Я впечатлился ответом Глафиры. Даже на секунду представил, что может сделать такой артефакт. Мое воображение нарисовало нерадужные картинки. Говорят, людей портят деньги и власть. Но я так скажу: деньги портят, а власть — превращает в гнилую сволочь. Власть — она опаснее. А тут — могущество, с которым ни одна должность, ни один статус не сравнится.
— И этот… артефакт… Он где-то здесь, среди людей? — осторожно спросил я, всей душой рассчитывая на отрицательный ответ.
— Ходят слухи, — ведьма нахмурилась. — Всегда ходили… что артефакт где-то здесь спрятан. «Сердце» искали многие. И чернокнижники, и ведьмы, и просто дураки, жаждущие власти. Но найти не могли. Говорили, что последней, кто знал, где находится артефакт, была одна старая ведьма. Вроде бы ей бабка информацию передала. А той, соответственно, ее предшественница. Жила Таисия недалеко отсюда, в колхозе «Красная Заря».
Услышав знакомое название, я слегка обалдел. Опять этот колхоз… Прямо не деревня, а филиал «Вечеров на хуторе близ Диканьки». Был бы Гоголь жив, заплакал бы от счастья.
— Эта ведьма… Как ее найти? — спросил я.
Глафира печально улыбнулась.
— Это у тебя, инквизитор, вряд ли получится. Ушла она. Лет пять назад. Умерла. И тайну с собой унесла.
— Как вовремя, — усмехнулся я. — А кроме нее кто-то еще мог знать?
— Не уверена. У старой Таисии вроде внучки не было. Ты же знаешь, что мы свой дар через поколение передаем? Силу она никому не передавала. Знания с собой унесла. Единственное… Смерть у нее была… Странная. Сердце остановилось. Возраст для ведьмы — не шибко большой. Всего восемьдесят. Нашли ее соседи. В доме страсть как холодно было. Даже изморозь на стенах. Так рассказывали.
Я замер. Ложка с медом застыла на полпути. Холодно. Изморозь. Точно так же выглядело место, где мы нашли Воронова. Ничего себе, совпаденье! Но… Если верить Профессору, он почувствовал некротическую энергию, присутствие которой подтверждает синий чертополох. Именно поэтому вампир уверял, что в смерти Воронова замешана ведьма. А тут… умершая — сама является ведьмой. Странно как-то.
— Глафира Игнатьевна, это важно, — мой голос стал резким. — Вы уверены насчет холода? Точно так же умер человек, убийство которого я расследую. Воронов. Там тоже была изморозь и… синий чертополох.
Ведьма пристально посмотрела на меня, словно пыталась убедиться, что я не шучу.
— Любопытно… — Она отставила чашку. — Значит, со смертью Таисии тоже могло быть не все гладко… Я знала, подозревала… что-то не так. Таисия была крепкой. А Воронов твой… Да, слышала я про него. И про странные обстоятельства смерти. Сразу уточню, чтоб ты не тратил время зря. То, что вы обнаружили возле речки, с большой долей вероятности указывает на причастие ведьмы, ведьмака или чернокнижницы. Лично я той ночью была в соседнем селе. Там у местной учительницы сын заболел. Отпаивала его травами. Так что, у меня, как вы говорите, есть алиби и люди, которые его подтвердят. Да и, по совести сказать, мой уровень силы рядом не стоял с тем, чтоб мертвыми как инструментом пользоваться.