— Ты же сказала, что они одобрили.
— Да, Тодд, одобрили. Пятнадцать минут назад. Я спросила их пятнадцать минут назад, и они ответили «да». Сожалею, что не отправила тебе ультразвуковой сигнал или что-то еще в этом роде.
Тодд хлопнул в ладоши и указал вверх по улице.
— Отлично. Тогда пойдемте.
— Ээээ... извини? — сказала я. Святое дерьмо, Тодд собирается пойти и поработать няней прямо сейчас. Необходимо его остановить. — Идем? Нет-нет-нет. Разве ты не занят? Разве тебе не нужно встретиться с Амандой... для чего-нибудь?
— Нет. И нет.
— У тебя нет планов? Со своими друзьями? Мальчишник?
— Нет. Ничего. Мой график совершееееенно свободен. У меня есть целая свободная ночь, которую я потрачу с двумя очаровательными дамами.
Он сказал «очаровательные дамы» с сарказмом, но я это пропустила. Горжусь своим самоконтролем. И я могу сказать, что он не собирался сдаваться.
— Прекрасно. Наплевать, — пробормотала я.
— Пошли.
Глава 10
Мы шли к дому Сэм. Тодд отстал, чтобы позвонить своим родителям и сказать, куда он уходит. Я держала Сэм за руку, и мы перепрыгнули через трещину в тротуаре. Где-то начала квакать лягушка-бык16, а солнце зашло за горизонт. Небо стало оранжево-красным, и в воздухе повисла та самая влажная прохлада, которая приходит с последними летними вечерами.
— О чем ваш проект? — спросила Сэм.
— Это долгая история, — ответила я.
— Расскажи мне.
Я никогда не могла скрывать что-то от Сэм.
— Мы должны притворяться, что женаты. Делать кое-что вместе. Выяснить, как зарабатывать деньги и как их тратить. Это ужасно глупо.
— Почему он твой муж? А не тот парень, который тебе нравится, как там его зовут? О, Гейб! Почему ты не замужем за Гейбом?
Сэм отвернулась, когда я попыталась зажать ее рот рукой.
— Шшшшш, — прошипела я. — Пожалуйста, не говори ничего об этом, когда рядом Тодд, — прошептала я.
— Хорошо. Прости, Фиона, — сказала Сэм. — Думаешь, он услышал?
Я оглянулась назад посмотреть, показывает ли Тодд какие-нибудь признаки того, что он нас слышит. Он больше не разговаривал по телефону, но шел не слишком близко.
— Надеюсь, что нет, — ответила я.
— Где это место? — позвал Тодд довольно громко, поэтому я подумала, что он был слишком далеко, чтобы услышать нас.
— Это здесь, — сказала Сэм, отбегая от меня и поднимаясь к двери. Когда мы вошли внутрь, она помчалась на кухню. Мы с Тоддом последовали за ней. Я зашла в кладовую и схватила упаковку попкорна.
— Куда мы поедем сегодня вечером? — спросила я.
— Поедем? Что ты имеешь в виду? — спросил Тодд.
Я объяснила Тодду, что каждый раз, когда мы с Сэм смотрим фильм (и так на протяжении всего времени, что я работала няней), мы делаем попкорн, приправленный какой-нибудь иностранной специей или приправой. Мы называем это Международная Кукуруза. Иногда мы находим победителя, как в тот раз, когда приготовили попкорн в кунжутном и арахисовом масле и приправили его китайской смесью из пяти специй. Но иногда его приходится выкидывать. Как тогда, когда нам захотелось побывать в Германии, поэтому мы сделали попкорн с жирными колбасками и бросили его в квашеную капусту. Это было тошнотворно.
— Я думаю, Италия, — сказала Сэм, вращая ленивую Сьюзен17, где ее мама хранила специи. — Где-то здесь есть пакет сухой итальянской заправки. Вот он.
— Ммм, — сказала я, — ты знаешь, что будет хорошо сочетаться с ним? Мини-пицца. Мы можем использовать хлебные корки. У тебя есть сыр?
Сэм открыла холодильник и проверила полки.
— Нет. Хотя, постой, есть творожный сыр.
Я пожала плечами.
—Можно попробовать. Что насчет соуса для пиццы?
Сэм обыскала кладовую.
— Нет. Соуса для пиццы нет.
— Соус для спагетти? — предложил Тодд.
— Нет.
— Томатная паста? — спросила я.
Сэм снова открыла холодильник.
— У нас есть кетчуп.
Я помолчала, прикидывая вкусовые качества хлеба, заправленного кетчупом и творожным сыром. Сомнительно.
— Мы бросим много чесночной соли и орегано. Ты делаешь пиццу. Я займусь попкорном.
Я вытащила кастрюлю, налила в нее оливкового масла, насыпала слой зерен кукурузы, накрыла крышкой и поставила на средний огонь. Тодд облокотился на стойку и смотрел. Разумеется, он не станет помогать готовить.
— Эй, Сэм, как прошли твои первые дни в школе? — спросила я.
— Ну. Самое главное, мы с Джинни больше не друзья.
— Что? — Джинни Геновэзе была лучшим другом Сэм. Ее единственным настоящим другом. Джинни была для Сэм тем же, кем для меня является Марси. — Что случилось?
Сэм швырнула три ломтя белого хлеба на противень мини-печки, выдавила на них кетчуп и начала размазывать его ложкой.