— Какая Ангелина? — крикнул он. — Чё ты несёшь? Я тебе объяснял! На Ангелину мне всё равно!
На Ангелину мне всё равно? Кто так говорит? Слышала бы тебя Елена Владимировна Алфёрова, твой классный руководитель. Я хмыкнул и обернулся, поискав глазами Настю.
Она скользнула по мне взглядом, но не задержалась, а тут же расхохоталась, запрокинув голову. Илюха довольно кивнул. Настина подружка тоже засмеялась и положила руку Илье на плечо, но тот не сводил глаз именно с Насти и снова сказал что-то забавное, отчего Настя засмеялась ещё сильнее, и её подружка вместе с ней.
Впрочем, продолжая хохотать, Настя снова скользнула по мне взглядом, проверяя, вижу ли я, как ей хорошо без меня и какой популярностью у мальчиков она пользуется. К ним подошли ещё два парня, которых я не знал. С Ильёй они были знакомы. Они что-то сказали ему, и снова все весело засмеялись, подняли бокалы с шипучкой и выпили до дна.
В руках Рожкова появилась бутылка, и он снова налил всем выпить.
— Пошёл ты, — сквозь зубы процедила Алиса.
Я обернулся и увидел, что Мэт схватил её за запястье и пытался что-то объяснить. Она не хотела слушать. Тогда он потащил её из комнаты. Музыка в это время загремела громче. Играла новая песня, которую все встретили криками одобрения, включая Настю и тот кружок, что образовался вокруг неё.
— Да не пойду я с тобой! — воскликнула Алиса, но Мэт вытащил её из комнаты.
Она попыталась ударить его по плечу, но удар получился лёгким, девчачьим, и они скрылись в холле.
Я, конечно, слышал раньше, что милые бранятся — только тешатся, но эта сцена мне не понравилась. Я шагнул из комнаты, вышел в холл и заметил, как Мэт затолкнул Алису за дверь. Похоже, это был туалет.
Я подскочил к туалету и дёрнул дверь на себя, и она оказалась не запертой. Мэт просто не успел.
— Чё тебе надо? — зарычал он, неожиданно увидев меня.
Мы оказались с ним лицом к лицу, разделённые лишь узким порогом.
— Ты зачем девушку обижаешь? — спокойно, но очень твёрдо и без тени сомнения в серьёзности своих намерений сказал я.
— Чё тебе надо, Крас? — рявкнул он и попытался оттолкнуть меня от двери.
Я уклонился и, выставив руку, отвёл его летящий удар, отбив движение в сторону.
— Пошёл ты, Мэт! — крикнула Алиса и попыталась выскочить, но он, не глядя, локтем отпихнул её назад.
Я заметил, что помада и тушь на её лице были размазаны.
— Выйди на минутку, — произнёс я Матвею.
— Пошёл нахер, Крас! — зарычал он.
— Вот так говорить было не нужно, — ответил я и покачал головой.
В этот самый момент я услышал голос Князя:
— Крас! Офигеть! Его все ищут, с ног сбились, а он по вечеринкам носится! Тусовщик, блин!
А Мэт, вкладывая всю силу, всю ярость и всю ненависть, бросился на меня…
6. Женский вопрос
Отвлекаться на Жана я сейчас не собирался. Мэт пёр на меня как бульдозер, как каток. Глаза его пылали яростью и решимостью. Челюсти сжаты, кулаки сжаты, и сам он был весь сжат, как пружина, выстреливающая прямо в этот момент.
В ушах у меня застучали молоточки. Кровь, получив присадку адреналина, вскипела, вспенилась, понеслась по жилам и, кажется, утопила, наконец, беспокойную мышь под ложечкой.
Не прошло и секунды, а Шалаев уже навис надо мной, как чёрная осенняя туча, искрящая разрядами и едва сдерживающая молнию и гром. Он был сильнее, тяжелее, выше и мощнее. И однажды уже едва не отправил меня на тот свет. Вернее, отправил. Моего предшественника в этом теле. Но я был опытнее и проворнее. Поэтому я просто уклонился.
Даже не шагнул, лишь переместил центр тяжести на правую ногу, резко качнулся и тут же, с разворота, крутанул корпус, посылая вперёд руку. И в тот самый момент, когда Мэт проносился мимо меня, моя рука влупила ему точнёхонько в ухо. И не кулаком, а основанием ладони.
Ки-и-и-и-йя!
Я пошатнулся и переступил ногами, удерживая равновесие. А вот Мэту удержаться не светило. Шансов у него не было. Он вошёл в крутое пике, как подбитый бомбардировщик. Пытаясь устоять, сделал два огромных, комичных шага — и рухнул на элегантную этажерку в стиле хай-тек, сшибив с неё огромную и очень красивую вазу из толстого цветного стекла.
Мэт рухнул, погребая под собой сложившуюся этажерку, и тут же раздался взрыв разбившейся вазы.
— Мозер! — ахнул кто-то.
Мэт попытался подняться, неловко опёрся на обломки этажерки. Рука соскочила, он упал снова, снова поднялся и помотал головой. Должно быть, в ухе у него капитально звенело. Оно налилось кровью, стало похожим на вареник с вишней — огромное, распухающее прямо на глазах у всех.