Драгоценная жемчужина не подавала никаких признаков жизни, только теплела, если я ее касалась. Но каким-то шестым чувством я знала - еще не время и почти не волновалась по этому поводу.
Через сутки после всего произошедшего появился Джерр и теперь явно чувствовал себя виноватым из-за того, что оставил меня. Он теперь спал у моей кровати, несмотря на то, что я отсылала его охотиться. Приходилось подниматься с кровати и искать ему еду.
К тому времени, когда я достаточно выздоровела, что пуститься в дорогу, а маг закончил свою работу, Джерр немного отошел, но все равно старался отлучаться реже.
С Нергалом, мы, кажется, внезапно стали гораздо ближе друг к другу. Все произошедшее протянуло между нами нить искренней, взаимной привязанности. Чародей все чаще стал называть меня своей ученицей, рассказывать истории из своей жизни, многие из которых он заканчивал фразой: "А вот как я, моя ученица, делать не стоит". Иногда он повторял тот свой жест - гладил меня по волосам. Мне было странно, но почему-то приятно, казалось, Нергал выражает так свою нежность - как делает это Джерр.
В ответ на "ученицу", я стала обращаться к нему не только как "мастер", но и как "учитель". И его лицо каждый раз при этом принимало очень странное, почти одухотворенное выражение. Эти восемнадцать дней стали для меня словно плата за все то, что я пережила из-за нэвов, из-за алчности жителей этой деревни, поглощенных жаждой бессмертия и ради этого убивающих даже собственных детей.
Когда пришло время выдвигаться, Нергал заставил меня облачиться в мужскую одежду и, разворошив дома, нашел мне целый запас. Все равно она больше никому не была нужна. На мое возражение - я никогда в жизни не надевала штанов и рубах и чувствовала себя в них как собака, внезапно отрастившая пятую ногу.
- Понимаешь, Моран, - терпеливо объяснил мне Нергал, глядя как я раздраженно одергиваю потертую куртку. - Платья - это хорошо и очень красиво, я не спорю. Но эта одежда не то, в чем тебе стоит появляться в обители. На первой ступени стоит удобство. Ты привыкла к подолу и можешь поспорить, но штаны никогда не зацепятся, не задерутся, не будут путаться в ногах. Ткань защитит твои ноги от мелких царапин. Не по размеру, конечно, хоть ты и обрезала, но пока хватит и этого. После испытания я позабочусь обо всем.
На последней фразе его голос едва заметно дрогнул, но я поняла, что его он боится даже больше, чем боюсь я. А когда я спросила, в чем заключается это самое испытание, он ответил мне:
- Я не имею права рассказать тебе об этом. Прости меня, ученица.
Потом тихо добавил:
- Работа чародея - очень кровавое и страшное ремесло. Просто будь верна себе, хорошо?
Наш путь длинною в десять дней не был особенно разнообразен, но мне было очень спокойно. Нергал начал учить меня всяким полезным, не всегда магическим вещам. Говорил, как определить по деревьям, есть ли в лесу нечистая сила, с какими существами можно договориться, с какими и не стоит пытаться. Рассказывал о свойствах металлов и камней, как разжечь костер без кремния и зажечь свечу, лишь погладив фитиль. Когда впервые из моих пальцев посыпались искорки и костер вспыхнул, когда от ласкового движения моих пальцев затеплился огонек я была рада так, что чуть ли не плясала. Нергал тоже был доволен - я видела это по его лицу, словно светящемуся изнутри, и не сходящей с лица улыбке. Мне почти не снилась Трина и прежний дом, но я, конечно, ничего не забыла.
А самое, пожалуй, невероятно событие произошло почти в самом конце нашего пути, на девятую ночь нашего пути. Едва я зажгла костер и отлучилась, чтобы набрать в котел воды, как Нергал вдруг воскликнул:
- Моран, бегом возвращайся, а то улизнет!
Тогда я увидела настоящее чудо - в огне, свернувшись на пылающем хворосте, сидела очень красивая ящерка. Она была очень насыщенного красного цвета, а ее точеную, изящную голову и кончик длинного хвоста увенчивали две золотистые, блестящие короны - большая и малая.
- Кто это, учитель? -прошептала я, боясь спугнуть странное создания, глядя на которое, я чувствовала почти тоже, что при знакомстве с Бризом.
- Это саламандра, - с улыбкой объяснил Нергал, радуясь моему искреннему восхищению. - Эти существа живут в пламени и им же питаются. Они способными перемещаться от одного его источника к другому, не взирая на любые расстояния. Обычные люди очень редко могут их увидеть. Кажется, ей понравился твой огонь. Не бойся, подойди ближе. Она не тронет создательницу костра, а вот меня может и, гм, поджечь.