С Идзаном мы все так же составляли пару на занятиях, хоть и не испытывали друг у друга особого восторга. Но больше мне и разговаривать было здесь не с кем, да и этот ядовитый гад явно получал удовольствие от нашей словесной борьбы. К тому же, глядя на него я перенимала его некоторые умения и привычки, которые знатно облегчали мое обучение. К тому же, больше, чем у других у нас изменились наши мечи – Цисс мимолетно отметил этот факт. Мой стал ощутимо короче, но шире, к тому же хищно изогнулся, да и рукоять изменилась – теперь его стоило называть саблей.
Идзан, к слову, обзавелся клинком со странной рукоятью, длинным и заточенным с одной стороны. Но, судя по тому, как он двигался со своим оружием, оно было ему куда как привычнее.
Еще больше он наслаждался теми моментами, когда меня пугала его жирная змея. Мы спали почти по соседству друг с другом и поэтому по утрам я могла запросто обнаружить ее рядом со своей головой, что внушало мне почти панический ужас, который я не в состоянии была контролировать, вспоминая шипение нэва и его покрытую чешуей руку, которой он меня душил. Не раз и не два мне снились события той ночи и, когда я, просыпаясь, слышала этот жуткий звук рядом с собой, то меня раз за разом окатывала ледяной волной. Из-за этого я часто не возвращалась в комнату, коротая ночи в библиотеке или засыпая в укромных углах крепости, которых здесь было полно. А рядом с Джерром холод мне не грозил.
Именно в одном из таких укромных мест - нише в одном из затянутых паутиной маленьких коридорах и произошла встреча, после которой моя и без того не устоявшаяся жизнь перевернулась с ног на голову. В тот момент я проснулась от чьего-то внимательного взгляда, полного несдерживаемого интереса. Я открыла глаза и увидела чужое лицо рядом со своим. Это испугало меня до дрожащих поджилок, потому что Джерр продолжал все так же безмятежно спать.
У этого человека было самое красивое лицо, что я когда-либо встречала в своей жизни. С белоснежной, словно подсвеченной изнутри кожей, насыщенно серыми глазами без вкрапления иного цвета, гармоничное до самой незначительной черточки оно производило подавляющее впечатление. Коротко остриженные черные волосы слегка вились и были гладкими до блеска. Он сидел на корточках передо мной, внимательно разглядывая композицию из нас с Джерром, а его четко очерченные, яркие губы были изогнуты в странной усмешке. Самое странное, что он ощущался как кипучая энергия, а не живой человек. Словно бы напротив меня находился чистый сгусток магии.
- Ну и ну, - сказал он, когда увидел, что я проснулась. - Я искренне полагал, что уже никто не рискует засыпать за пределами комнат. Кем же ты будешь, девица?
Его ни на секунду не обманул мой маскарад. Я прижалась к Джерру, понимая, что сейчас просто расплачусь от ужаса, потому что друг не просыпался, продолжая ровно дышать. Разомкнув дрожащие губы, я прошептала:
- Кандидат в ученики.
Человек внезапно подался на встречу, впиваясь взглядом в мое побледневшее он страха лицо и усмехнулся, со странной интонацией в голосе произнес:
- Кандидат говоришь? Ну и ну.
Потом, промолчав мгновение, добавил:
- А судьба у нас любит пошутить.
И тут-то я проснулась по-настоящему, стремительно вскочив с пола. Сердце колотилось как сумасшедшее, а Джерр, потревоженный моим дерганным движением, тоже проснулся, явно не понимая, что на меня нашло. Вокруг не было ни единой души. В порыве чувств я крепко обняла волка, чуть не разрыдавшись от облечения, потому что потерять его я боялась больше всего на этом свете.
- Сон, просто сон, - шептала я себе, но моя проверенная интуиция говорила - нет, все совсем не просто.
Но самое судьбоносное событие было, как в насмешку, самым прозаичным. Это произошло за три дня до первого дня осени, после посещения обеденной, в библиотеке. Рассудив, что если умру на испытании, то мне больше не доведется увидеть этого хранилища знаний я использовала любой свободный момент чтобы заскочить сюда. Набрав книг столько, что они почти полностью закрыли мне обзор вперед, я вышла из-за стеллажа и почти сразу с кем-то столкнулась. Книги сразу повалились на пол, знатно ушибив мне левую ногу. Жертва моей неуклюжести сдавленно выругалась, оказавшись тем парнем со спокойными зелеными глазами.