Я нервозно повела плечами. Нергал усадил меня на стул с удобной спинкой и, скрестив руки на груди, посмотрел снизу-вверх. Потом заключил:
- Похудела.
Я озадаченно моргнула, глядя в смеющиеся, искрящиеся глаза Нергала. Прислонившись спиной к столу, мастер начал говорить:
- Твой поступок... Это было глупо и рискованно. Но я тогда тобой гордился. Не каждый ради своих принципов подставит горло под меч.
- Правда? - дрогнувшим голосом спросила я. Глаза защипало от подступающих слез.
- Но я был бы рад, если подобное никогда больше не повторилось. В следующий раз тебе может не так повезти. О, небо, почему, когда я тебя хвалю, ты постоянно начинаешь плакать? - Нергал вздохнул, позволил спрятать лицо в ткани своей рубашки. Потом пробормотал в макушку:
- Только не вздумай избаловаться, хорошо? Я не умею быть таким строгим, как другие мастера.
- Угу, - всхлипнула я. Мне никогда никто не говорил, что гордится мной.
Когда я утерла слезы и окончательно успокоилась, Нергал начал проводить небольшую экскурсию. Правда, мы замерли где-то в ее начале и увлеклись созданием фитотоксиканта для хищных водных растений. Нергал, не прекращал говорить на протяжении всего процесса, наслаждаясь моим жадным вниманием. Сначала помог правильно одеться - работать приходилось с гораздо более опасными вещами, чем слизь светожора. Фартук из гладкой крепкой кожи, перчатки до локтя, маска на пол лица и платок на волосы - все это подошло мне настолько хорошо, как будто Нергал готовил все заранее. Или действительно готовил. Я покосилась на учителя и подавила улыбку.
- Этот альгицид работает только с водяницей зеленой, непосредственно при прямом контакте. Распадается после трех-четырех часов, но на рыбу действует угнетающе, - он передал мне ступку, а сам занялся взвешиванием слизистого зеленоватого комка. - Только сильно не усердствуй.
- С водяницей никакая рыба не уживается, мастер, - заметила я, перетирая кости гуля, и радуясь тому, что при этом руки у меня в перчатках. - А это что такое?
- Не скажи, помнишь я тебе рассказывал про скалезубку? Они с водяницей питаются друг другом с равным усердием. А это желчный камень тролля. Наисвежайший. Не редкий, но в добыче сложный. Без перчаток лучше не трогать, разъест до костей.
- А те желтые сопли...
Громкий и уверенный стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Нергал рассеянно пробормотал, не отвлекаясь от увлекающей возни с частью некогда принадлежавшей троллю:
- Да-да, входите. Только дверь закройте. А те, как ты выразилась, сопли - вода из источника сирен. Стоит дороже золота. В альгициде, конечно, не используется, но усиливает действие исцеляющих зелий. Правда, с ними тебе работать будет легче, слишком кропотливо для меня. А вот в чистом виде - мощное бодрящее действие, можно выдержать до четырех дней без сна и отдыха, но потом до декады впадаешь в кому, из которой можно и не выйти.
- То есть, если через декаду пациент не очнется, то можно заказывать похороны? - поинтересовалась я, высыпая в бурлящий котел перетертую кость и перемешивая восьмеркой.
- Именно. Мешай интенсивнее. При непосредственной встрече с водяницей у тебя будет около десяти секунд чтобы скормить ей его. Но лучше просто вылить в водоем и не нырять, как в прошлый раз, - Нергал забрал у меня ложку.
- В прошлый раз меня скинули с камнем на шее, учитель.
- Все равно не ныряй, хорошо?
Тихое покашливание отвлекло нас от мутноватой, попахивающей нестиранными портянками и вздувающейся жидкости, красоту которой могли оценить только такие как мы с мастером. У двери, прислонившись спиной к косяку, стоял Хелль, с интересом разглядывая композицию "два одержимых зельедела над вонючим котлом". Одетый только в черное и белое, он с задумчивым видом покачивал в руке тонкую длинную трубку из металла и дерева, но благоразумно не закуривал. Меня от его вида в очередной раз пробрала неприятная дрожь. Нергал удивленно моргнул:
- А ты что тут делаешь?
- Ты дал мне доступ ко всем своим комнатам, - лениво протянул мастер, чуть растягивая слова. - Хотел обозначить время занятий с учениками, а в итоге увидел опоенного снотворным мальчишку и оккупировавших лабораторию вас.