- Спутник Бадбо. Очень забавный зверь. Добродушный, тебе понравится, - лукавых искорок в глазах Сириса стало еще больше чем прежде. - Да не рычи ты, серый.
- Тихо, Джерр, - пробормотала я.
В обеденной пахло так, туман в голове наконец рассеялся, а в животе заурчало. Наставник хохотнул. Несколько магов, тихо переговаривающихся между собой, проводили нас взглядами. Собственноручно чародей набрал два подносы еды и усадил меня, потерявшеюся от его энергичности, рядом с собой. Даже про Джерра не забыл, определив ему смачный кусок.
- Я столько не съем, - предупредила я.
- Съешь как миленькая, - голос Сириса стал строже, утратив смешливые нотки. - Тебе нужно набрать вес, иначе во время тренировок будешь сжигать мышцы. К тому же занятия магией энергии забирают еще больше, чем физические. Ты очень худая, а если сбросишь еще, то в обмороки начнешь падать.
Я пристыжено уставилась на поверхность стола и взяла ложку. Моего сомневающегося взгляда удостоилась громадная тарелка с кашей с зажаркой и мелко порезанным мясом. Сирис с обманчивой ласковостью улыбнулся:
- Жуй, книжная девочка. Все равно же придется. Если ты испытание прошла, то помереть от истощения тебе никто не позволит. Куда твои мастера-то смотрят?
- Они учебный план составляли, - пожала я плечами и засунула в рот первую ложку. Вкусно, конечно, но как-то чересчур много.
- Знаю я их планы, - проворчал Сирис. - Сам их на арене засыпал.
- Вы ведете себя иначе, чем раньше, - вырвалось у меня, хотя я вроде бы не хотела говорить ничего такого. Сирис вдруг хищно прищурился. Глаза на миг побледнели, теряя свет. Я моргнула, но через миг все стало как прежде. Даже ощущаться он стал иначе - не рубаха-парень, а как взрослый и очень сильный мужчина. Откинувшись на спинку стула, он протянул:
- А ты проницательная, мальчик-девочка.
Я подавила желания поморщиться от подобного обращения. Маг же вернулся к еде. Сказал только:
- Просто ты стала учеником. С кандидатами не принято быть искренними, потом может быть... неприятно. К тому же, ты мне нравишься, а с теми, кто мне нравится я не играю. Только не думай, что из-за этого тебе будут послабления в тренировках.
- Если бы вы делали послабления, я бы подумала, что я вам не по душе. С заделом на будущее, чтобы вызвать на арену и сыграть на неумении, - снова сказала я, едва фраза попросилась на язык. С неприязнью вспомнила времена с Триной, когда я даже не думала закрывать рот, непрерывно огрызаясь. В моем случае молчанье даже дороже золота. Прям как та сопливая жидкость в лаборатории, да.
Едва последнее слово слетело с моих губ, как Сирис расхохотался, да так, что кадык на горле судорожно задергался. В его сторону несколько раз оглянулись. Прижав ладонь ко рту, он выдавил:
- Живешь на свете столько лет и внезапно тебя с полувзгляда читает сопливая девчонка.
Лицо его приобрело лисье выражение. Очень опасное, на мой взгляд, но угрозы я не чувствовала. Да, не даром он при первом впечатлении показался похожим на этого рыжего зверя. Пусть только и из-за волос.
- Думаю, утроив усилия на тренировках я покажу всю степень моей симпатии, - он с нарочитой беспомощностью улыбнулся. - А теперь ешь. Не хотелось бы применять силу и впихивать ее в тебя. Не люблю насилия над женщинами и детьми, а тут сразу два в одном.
Я подавила желание огрызнуться и с тяжким вздохом засунула в рот очередную ложку. Джерр сыто зевнул и ткнулся носом мне под коленку. От его лености мне самой захотелось спать.
Когда я впихнула в себя последнюю ложку и допила приторно-сладкий компот, ощущала я себя так, точно проглотила громадную дыню целиком, если бы это было физически возможно. В голове сами-собой как четки перебирались болезни, случающиеся от переедания.
- Вот умница, - усмехнулся Сирис, давным-давно прикончивший свою порцию. - А ты: не могу, не могу.
Я одарила его далеким от приязни взглядом и легла щекой на стол. Вот в чем-чем, а в обжорстве я никогда замечена не была, соблюдая умеренность, граничащую с голоданием. Виною этому, наверное, была Трина, любимой фразой которой, после оскорблений было: "Два дня на воде!". В детстве это доставляло много проблем, но потом я научилась принимать дары леса. К тому же, Джерр, когда подрос, перестал позволять мне голодать. Впрочем, даже питаясь так, я не была костлявой, но к тринадцати сильно вытянулась - причем так быстро, что мышцы, не поспевающие за костями, возмущались очень громко.