– Заходи в комнату и раздевайся.
Она беспрекословно подчинилась. Во всей квартире стояла стерильная чистота, а когда она раздевалась я обратила внимание на её руки. Красные, с пересушенной кожей, она явно злоупотребляла мылом. Когда Тамара Семёновна осталась в нижнем белье ведьмак остановил её и приказал повернуться спиной.
Вдоль позвоночника рук и ног словно пиявка присосалась неведомая противная пакость, напоминающая морскую звезду. Меня передернуло, не хотелось бы мне, чтобы такая мерзость управляла мной.
– Что это? – шепнула я Борису.
– Лярва подчиняющаяся Астароту обвинителю.
– Ого! И как от неё избавиться?
– Тащи соль, – скомандовал ведьмак.
Я метнулась на кухню и, благодаря, идеальном порядку почти сразу нашла ёмкость с надписью "Соль". Схватила и вернулась обратно.
Ведьмак уже сидел на коленях, склонясь перед чёрной свечой, и что-то быстро шептал.
Увидев меня, выхватил соль и рассыпал вокруг учительницы.
– Поищи ещё или масло, или алкоголь.
Я опять рванула на кухню, бутылку масла нашла в шкафу.
– Когда отвалится – лей масло, – предупредил ведьмак.
Я кивнула.
Ведьмак высыпал оставшуюся соль себе в ладонь и обсыпал лярву.
Та начала съёживаться, отлепляя щупальца от жертвы.
Ведьмак высыпал остатки, лярва отпала и я тут же начала поливать её маслом. Борис схватил свечу и, прежде чем поджечь, крикнул:
– Выведи учительницу из круга.
Я бросилась выполнять задание. Лярва загорелась мгновенно, корчась в судорогах она пыталась ползти за своей жертвой, но рассыпанная соль перегородила ей дорогу. Ведьмак щёлкнул зажигалкой и бросил в демона. Та моментально вспыхнула. Неприятный паленый запах наполнил лёгкие. Лярва последний раз дернулась и с хлопком исчезла.
Ведьмак присел на колени перед свечой и завершил ритуал.
Учительница всё так же находилась в трансе.
– Всё? – я посмотрела на ведьмака. Он кивнул.
– Надо порядок навести.
Когда с уборкой было покончено. Татьяна Семёновна одета, Борис подошёл к ней и что-то шепнул. После этого сказал мне:
– Уходим. Всё чисто.
Когда вышли из подъезда, Борис направился в сторону откуда пришёл. Там на стоянке была припаркована его Нива.
– До дому подбросить? – спросил он меня.
– Да.
Его размеренные движения и голос были спокойны как всегда. Теперь я в очередной раз убедилась, насколько он профессионал в своём деле.
– Кто такой Астарот? – спросила я.
– Демон обвинитель. Представители этой классификации наблюдают за людьми, замечая их малейшие грехи и греховные мысли, – словно по учёбнику отчеканил Борис. – Но здесь помимо демона у человека ещё и психическое расстройство. Ты обратила внимание на её руки?
Я кивнула.
– То что мы сейчас сделали – ненадолго даст ей передышку, но тёмная энергетика болезни притянет ещё кого-нибудь.
– А что надо сделать, чтобы не притянуло?
– Лечиться надо, желательно у хорошего психолога.
– Хорошо, я постараюсь с ней об этом поговорить.
Борис бросил на меня быстрый взгляд, но промолчал.
– Ну так что? Могу я рассчитывать на дальнейшее сотрудничество с тобой? – поинтересовалась я у него.
– Да.
– Тогда скажи свой номер.
– Я сам позвоню.
– Ну уж нет, сейчас говори. Знаю я тебя, потеряешься опять на полгода.
Борис не стал спорить и продиктовал номер.
Машина подъехала к моему дому и затихла. Борис молчал, задумавшись, а мне совсем не хотелось выходить.
– Может зайдёшь?
– Нет.
– Почему?
– Некогда.
Чем сильнее он меня отталкивал, тем больше я хотела быть с ним.
Я положила руку на его. Он неожиданно вздрогнул.
– Когда ты уже расскажешь историю о себе? Я просто не представляю, что могло случиться с тобой, что ты стал таким.
– Каким? – переспросил он хрипловатым голосом.
– Серьёзным, холодным, равнодушным. Почему ты отталкиваешь меня?
– Тебе просто кажется.
– Нет, мне не кажется.
Он повернулся ко мне всем телом.
– Хочешь на чистоту? Хорошо. Неужели было бы лучше, если бы я скакал от радости и излучал лучи добра?
– Нет.
– Или может ты считаешь, что было бы лучше, чтобы я рыдал, изливая душу, после каждого задания?
– Нет, что ты.
– И что было бы лучше, если бы я остался в тот вечер и поимел тебя?
Неожиданно для себя я увидела Бориса в гневе. Он не сдерживался и стегал словами жёстко, будто кнутом.
– Борис! – кровь прилила к щекам.
– Аника! Пойми, наконец, мы не в фильме или романе, где герой спасает всех, а в конце целует героиню, и все счастливы. Это реальность, и я не такой хороший, как тебе представляется. У меня куча врагов, ещё больше тёмных дел. Я ведьмак и колдун. У тебя же есть шанс спастись, и жить нормальной жизнью, но ты почему-то отказываешься от этой возможности, романтизируешь меня. Но в моей сдержанности нет ни капли романтики. В ко́и-то веки я пытаюсь поступить честно, оградить тебя от себя. Со мной у тебя нет будущего. И я, чёрт возьми, не знаю почему меня это заботит.