Ларкин указал рукой на потолок.
— Университет — одно из лучших творений лорда Корена. Когда к нему обратились с предложением спроектировать и выстроить новые здания Гильдии, слава лорда Корена как архитектора уже гремела по всему миру. — Ларкин усмехнулся. — Тем не менее Гильдия сочла необходимым специально оговорить в контракте, что при проектировании он не должен использовать спиральные структуры. Избыточное использование спиралей — характерная черта его ранних работ.
— И все же лорд Корен не отказался от спиралей. Мы можем видеть их в стеклянном потолке Гилдхолла и в лестницах Холла, — продолжал Ларкин. — Из дневников и писем магов того времени мы знаем, что лорд Корен был, мягко говоря, весьма хитер. Ради исполнения своих художественных замыслов он не останавливался ни перед чем. Более чем через сто лет после постройки Университета маг по имени Рендо написал подробную биографию архитектора. На обратной стороне плана вы найдете выдержки из этой книги, а также даты жизни лорда Корена хронологию его работ. Прочитайте это, а после занятия вам, возможно, захочется погулять по Гильдии и посмотреть на построенные им здания. Возможно, вы, как когда-то и я, заметите многое, чего раньше не замечали. Через три недели вы должны будете сдать мне сочинение, посвященное его работам.
Ученики погрузились в чтение. Сонеа посмотрела на план Университета. На нем были подробно отмечены четыре башни по углам и огромный зал в центре, а также замысловатые украшения стеклянного потолка, но комнат и проходов по сторонам от главного коридора на нем не было.
Она достала из шкатулки карту и положила ее рядом с планом. Некоторое время она переводила взгляд с одного листа на другой, а затем начала перерисовывать узор потолка на свою схему. Как она и подозревала, спиральные структуры потолка, накладываясь на сетку коридоров, давали в результате еще один спиральный узор.
— Что ты делаешь, Сонеа?
Ларкин нагнулся над ее партой. Сонеа покраснела.
— Я… вы говорили о спиральных структурах, господин мой, — объяснила она, — и я решила посмотреть, нет ли их где-нибудь еще.
Наклонив голову, Ларкин посмотрел на ее план, затем указал на внутренние коридоры.
— Я рассматривал много планов Университета, но никогда не видел, чтобы внутренние коридоры были нанесены так подробно. Откуда у тебя этот план?
— Я… видите ли, я составила его сама. Мне было больше нечем заняться на каникулах. Я надеюсь, я не нарушила никаких правил.
Он покачал головой:
— Во всем Университете только Гилдхолл и кабинет Лорда Распорядителя закрыты для учеников.
— А как же эти комнаты между обычными коридорами и теми, где развешаны картины? Такое впечатление, что они преграждают путь внутрь.
Ларкин кивнул:
— Некоторое время назад они были заперты, но, когда стало не хватать места, было принято решение сделать внутренние коридоры доступными для всех.
Сонеа вспомнила, с каким неодобрением посмотрел на нее маг, встреченный ею в первый день ее исследований. Наверное, он просто удивился, что она делает там одна, а может быть, вспомнил рассказы про воровку из трущоб.
— Ты не против, если я скопирую твой план? — спросил Ларкин.
— Я перерисую его для вас, — предложила она.
Ларкин улыбнулся:
— Спасибо, Сонеа.
Он отошел от ее стола. Сонеа задумчиво посмотрела ему вслед. Он говорил с ней дружелюбно и уважительно, совсем не так, как ее прежние учителя, многие из которых не скрывали своего презрения.
Впрочем, и другие учителя теперь будут относиться к ней лучше. А вот одноклассники… Она огляделась. Несколько учеников торопливо отвернулись, но один смотрел прямо на нее, и в его взгляде читалась безграничная ненависть.
Вздрогнув, Сонеа отвела взгляд. За что Реджин так ненавидит ее?
Каждый раз когда она чего-то добивалась, он добивался того же или большего. Он давно обогнал ее в воинских искусствах. Казалось бы, он мог успокоиться.
Но теперь, когда ее выбрал Высокий Лорд, Реджин уже не мог сравняться с ней. Более того, он не мог свести с ней счеты за свое поражение.
Она вздохнула. Если бы он знал, в чем дело, он бы не завидовал мне. Я бы не глядя махнулась с ним местами. Он бы наделал в штаны от страха…
Сонеа вздрогнула. А может быть, Реджин, с его беспринципностью и тягой к власти, с удовольствием присоединился бы к Аккарину? Черный маг лорд Реджин. Эта мысль вызывала ужас.
* * *
В Доме Гильдии Дэннила встретил Первый Посол Эрренд.
— Поздравляю вас с возвращением, посол Дэннил.
— Благодарю вас, посол Эрренд, — вежливо склонил голову Дэннил. — Я очень рад, что вернулся. Если когда-нибудь мною снова овладеет тяга к странствиям, прошу вас, напомните мне про последние две недели.
Посол улыбнулся:
— Да, после нескольких недель морских путешествий они теряют свой романтический флер.
Дэннил поморщился:
— Одного шторма достаточно, чтобы излечить самого закоренелого романтика.
Выражение лица Эрренда оставалось бесстрастным, но Дэннилу показалось, что он уловил на нем тень облегчения.
— Тяготы путешествия остались позади, — произнес Эрренд. — Я уверен, что вы хотите отдохнуть. Вечером, я надеюсь, вы мне расскажете о ваших приключениях.
— Много ли я пропустил?
— Немало, — Эрренд улыбнулся. — Это же Капия. — Он повернулся, собираясь уходить, но снова взглянул на Дэннила.
— Пару дней назад вам пришли два срочных письма. Хотите прочитать их сейчас, или они подождут до завтра?
Несмотря на усталость, в Дэнниле проснулось любопытство.
— Прикажите, пожалуйста, принести их ко мне в комнату. Благодарю вас, посол.
Толстяк дружелюбно кивнул и удалился. По пути в комнату Дэннил обдумывал предстоящую работу. Ему предстоит разобраться с накопившимися делами и написать отчет для Лорлена. Не так-то просто будет выкроить время для посещения Большой Библиотеки.
Впрочем, для продолжения исследования ему придется побывать не только в библиотеке. Среди ожидающей его корреспонденции наверняка есть приглашение на бал у Бел Арралад. Дэннил признался самому себе, что с нетерпением ждет его. Ему давно не доводилось заниматься любимым занятием — сбором слухов и сплетен.
Вернувшись из небольших бань, находившихся прямо в здании Дома Гильдии, он обнаружил на письменном столе стопку писем. Просмотрел их и тут же узнал изящный почерк Лорда Распорядителя Лорлена.
Сломав печать, он развернул лист плотной бумаги.
Второму Послу Гильдии в Элане,
Дэннилу, из семьи Ворина, дома Теллена
Мне сообщили, что в определенных кругах считают, что Вы пренебрегаете Вашими обязанностями посла, будучи увлеченным неким исследованием «личного свойства». Я благодарен Вам за время и усилия, потраченные на выполнение моей просьбы. Никто не смог бы справиться с ней лучше Вас. Однако, чтобы избежать нежелательных пересудов, я должен просить вас прекратить исследование. Я больше не жду от Вас отчетов.
Лорд Распорядитель Лорлен
Уронив письмо на стол, Дэннил с изумлением уставился на красиво написанные строки. Его путешествия, книги, которые он прочитал? — все это должно быть брошено из-за каких-то пересудов? Не очень, значит, это было и важно.
Он горько улыбнулся. Он-то думал, что за просьбой Лорлена скрывается какая-то тайна. Когда он продирался через особенно скучные старые книги, когда он выносил тяготы путешествия по морю, его вдохновляла мысль, что у Лорлена должны быть веские причины продолжить поиски Аккарина. Возможно, Аккарин стоял на пороге открытия нового способа использования магии. Возможно, он чуть было не открыл забытую страницу магической истории.
В нескольких сухих строчках Лорлен положил конец всем надеждам.
Покачивая головой, Дэннил отложил письмо. «Тайенд тоже огорчится», — подумал он. Теперь им незачем идти на бал к Бел Арралад. Впрочем, пойти тоже никто не мешает. И в Библиотеку он тоже будет наведываться по-прежнему. Он найдет какой-нибудь другой предлог общаться с Тайендом… какое-нибудь новое исследование…