Сонеа затормозила и в смятении посмотрела на него. Значит, они теперь тоже знают про внутренние коридоры. Тот ухмыльнулся еще шире. Сонеа прищурилась. Его поставили стеречь ее, но он один и она легко с ним справится.
Ученик, казалось, прочитал ее мысли. Его улыбка сменилась выражением тревоги, и он отступил в сторону. Сонеа вернулась в «комнату-калитку», вышла в обычный коридор и бросилась бежать со всех ног. До главного коридора оставалась совсем немного. Она свернула раз, затем другой и попала под дождь красного огня. Она не подняла магический щит, надеясь сохранить как можно больше сил. Боль пронзила все тело, свет померк перед глазами…
Когда она пришла в себя, она лежала на полу. Еще одна вспышка, и она снова скорчилась от боли, но когда прошел первый шок, ей удалось вскинуть магический щит.
Перекатившись на бок, она с трудом поднялась на ноги. Перед ней стояли Реджин и еще четверо учеников. Еще трое закрывали путь в главный коридор. Из-за угла показались еще двое, затем еще трое… Тринадцать человек. Больше, чем в прошлый раз. Она приготовилась к худшему.
— Ну здравствуй, Сонеа, — улыбнулся Реджин. — Как это так получается, что мы все время натыкаемся друг на друга?
Ученики захихикали. На их лицах не было и тени сомнения. В прошлый раз, когда они устроили Сонеа засаду и измучили ее, им это сошло с рук. Как и говорил Реджин, она не пожаловалась Аккарину.
Реджин положил руку на грудь.
— Странная вещь любовь, — сказал он задумчиво. — Я думал, что ты ненавидишь меня, но теперь я вижу, что ты жаждешь встречи со мной!
Один из новичков передал ему бумажную коробочку. Сонеа нахмурилась. В таких коробочках обычно продавались засахаренные орехи или другие сладости.
— А это небольшой подарок, — сказал Реджин, открывая коробочку. — Знак внимания.
Он достал что-то похожее на конфету в ярком фантике. Вонючий запах ударил Сонеа в нос. «Катышки хэррела, — подумала она, — или риберный навоз. Возможно, и то и другое».
— Молодые влюбленные всегда угощают друг друга сладостями, — сказал Реджин. — Но сначала я хочу согреть тебя. — Он взглянул на спутников.
Шквал ударов обрушился на Сонеа. У нее засосало под ложечкой. Их было слишком много. Она попыталась продвинуться к главному коридору, но после нескольких шагов поняла, что теряет силы, а ее противники не ослабляют натиск.
Она остановилась. Путь домой занял в прошлый раз очень много времени. Она тогда жалела, что у нее не осталось хотя бы немного сил. Она может уронить щит немного раньше времени и притвориться измученной.
Но, посмотрев на коробочку из-под сладостей, она передумала. Она будет держаться до последнего. А когда Реджин попытается накормить ее «конфетами», она выплюнет их ему в лицо.
Последние силы покинули Сонеа; Под градом шоковых ударов она застонала от боли. Ее колени подогнулись, и она соскользнула на пол. Придя в себя, она увидела наклонившегося над ней Реджина, разворачивающего «конфету».
— Что здесь происходит?
Реджин вздрогнул и побледнел. Он быстро спрятал «конфету» в карман и выпрямился. Сонеа увидела приближающегося мага, и кровь прилила к ее лицу. В коридоре стоял лорд Йикмо, скрестив руки на груди.
— Ну?! — рявкнул он.
Реджин поклонился. Остальные ученики торопливо последовали его примеру.
— Небольшая игра, господин мой, — сказал он.
— Ах игра! — прорычал Йикмо. — Я вижу, правила этой игры для вас важнее, чем законы Гильдии. Битвы не на занятиях — и не на Арене — строго запрещаются.
— Это не битва, — слабо проговорил Кано. — Мы просто играли.
Йикмо прищурился:
— Вот как? Наносили шоковые удары по беззащитной молодой женщине?
Реджин сглотнул:
— Она уронила щит раньше, чем мы поняли, что она устает, господин мой.
Йикмо поднял брови.
— Похоже, молодой человек, вы не настолько сильны в боевых искусствах, как утверждает лорд Гаррел. Вы только что продемонстрировали полное незнание основных правил ведения битвы. Я уверен, что лорд Балкан согласится со мной. — Йикмо огляделся, отмечая присутствующих. — Быстро по комнатам, все!
Ученики удалились чуть ли не бегом. Йикмо повернулся к Сонеа, и она пожалела, что у нее не было сил потихоньку скрыться, пока тот устраивал разнос. Йикмо выглядел очень взволнованным. Сонеа заставила себя встать.
— Как долго длилось это безобразие?
Она замешкалась, не желая признаваться, что это было не первый раз.
— Около часа.
Он покачал головой.
— Они сошли с ума. Напасть на избранницу Высокого Лорда, да еще такой толпой. — Он посмотрел на нее и вздохнул — Не беспокойся, это не повторится.
— Пожалуйста, не говорите никому.
Он задумчиво смотрел на нее. Она шагнула, но, почувствовав головокружение, была вынуждена ухватиться за стену. Йикмо подхватил ее под руку, и Сонеа почувствовала мягкий поток целительной энергии. Как только у нее перестала кружиться голова, она отвела его руку.
— Скажи, ты пыталась сопротивляться?
Она покачала головой.
— Почему?
— Какой в этом смысл?
— Никакого, но большинство людей в такой ситуации попытались бы сопротивляться из гордости. Впрочем, возможно, тобой двигало то же чувство.
Он вопросительно посмотрел на нее, но она отвела взгляд и промолчала.
— Если бы ты нанесла удар по кому-нибудь из самых слабых учеников, ты измучила бы их так же, как они тебя. Это заставило бы остальных задуматься.
Она попыталась объяснить:
— У них не было внутренних щитов. Я могла причинить им вред, даже убить их.
Он довольно улыбнулся:
— Я ждал этого ответа. И все же мне кажется, что не только осторожность удерживает тебя от нанесения ударов.
Гнев охватил Сонеа. Он снова лезет ей в душу, пытаясь вынюхать все ее слабости. Но они не на уроке. Неужели ему недостаточно видеть ее униженной и побежденной? Она вспомнила единственную тему, которая вызывала у магов острое чувство неловкости.
— А вы охотно наносили бы удары направо и налево, если бы видели, как несколько магов сожгли беззащитного мальчика?
Он не отвел взгляд. Наоборот, в его глазах вспыхнуло понимание.
— Ага, — сказал он. — Так вот в чем дело.
Она в ужасе посмотрела на него. Неужели он и трагедию «Чистки» собирается использовать в педагогических целях? Сонеа поняла, что сейчас сорвется.
— Спокойной ночи, лорд Йикмо, — выдавила она сквозь сжатые зубы и, придерживаясь за стену, пошла к главному коридору.
— Сонеа! Немедленно вернись!
Она не обернулась. Он снова позвал ее гневным повелительным тоном. Борясь с огромной усталостью, она немного ускорила шаг.
Оказавшись в коридоре, он почувствовала, что ее гнев стих. Йикмо еще заставит ее пожалеть о грубости, но пока что ей было наплевать. Она хотела одного — оказаться в кровати и спать, спать, спать.
Глава 28
ЗАСЕКРЕЧЕННЫЙ ПЛАН
Яркий солнечный свет ослепил Лорлена. Прикрыв глаза рукой, он вслед за Аккарином вышел на университетскую крышу.
— Мы не одни, — заметил Аккарин.
Проследив за направлением его взгляда, Лорлен заметил у края крыши фигуру в алой мантии.
— Лорд Йикмо. — Лорлен нахмурился. — Значит, Балкан предоставил ему доступ на крышу.
Аккарин неодобрительно хмыкнул:
— Не понимаю, зачем мы вообще запираем эту дверь. Половина Гильдии имеет доступ.
Он направился к Воину. Лорлен последовал за ним, беспокоясь за Йикмо.
— Балкан высоко ценит его. Он не стал бы давать доступ кому попало.
— Конечно. Наш Глава Воинов знает, что его преподавательские методы подходят далеко не всем ученикам. И он прекрасно понимает, что Йикмо отвлекает внимание от его собственных слабостей.
Йикмо не замечал их. Облокотившись на перила, он рассматривал что-то внизу. Когда Аккарин был уже в нескольких шагах, Йикмо резко выпрямился.
— Высокий Лорд, Лорд Распорядитель!