Белка звякнула горшком об горшок и отставила мази. Кинула через плечо полотенце, которым брала горячие горшки. Опять подводят к ней! Огромное желание было взять ухват и опрокинуть писаря с лавки под стол. Чтобы тоже обиделся и побежал к живоволкам жаловаться.
— Чего ты хочешь от меня? — прошипела она. — Я вам всем зачем нужна? Хотите рассуждать — идите рассуждать в школу, в сугроб, в лес к живоволкам. Куда угодно, только за мой порог!
Писарь примиряюще поднял руки:
— Подожди, подожди! Я же только думаю, я пока не делаю выводов! Дай мне нож нарезать хлеб и успокойся.
— Ты, — сказала Белка, с небольшой задержкой выполнив просьбу о ноже, — думаешь неверно. Ко мне давно никто не относится плохо. Сейчас все наоборот. Ходят на поклон те, кто раньше меня травил. И этим я довольна. Это по справедливости. Даже если я считала кого-то своим врагом или знала, что он меня терпеть не может, сейчас этот человек кланяется мне, пусть не по собственному желанию, а оттого, что у меня низкая дверь. Они ходят ко мне, не я к ним. Мне этого хватает. В деревне нужна была новая знахарка, и все успокоились, как только я пошла к колдуну и кое-чему научилась. Даже Хрод не был против.
— А почему тебя шпыняли поначалу?
— Потому, что я вовсе не училась, Хрод меня не брал в школу, и я у него была приживалкой. Пряхой и ткачихой.
— А-а, — проговорил писарь, откусывая хлеб с салом, которые соорудил себе. — Я думал, это из-за твоих родителей.
Хлестнуть бы его полотенцем. Да жалко еды — уронит ведь, потом с пола подбирать.
— На моих родителей, — прошипела озлившаяся Белка, — всем здесь давно плевать. В общине вообще всем на всех плевать, нужно только, чтобы человек приносил пользу и воспитывал себя, чтобы польза от обучения могла увеличиваться. Бесполезных презирают. Терпят их с трудом. Я — полезная. Я давно уже полезная!
— Да понял, понял, — закивал Кириак и подвинул Белке второй кусок хлеба с салом. — Ты, слушай... присядь, что ли. А то прыгаешь возле, я тебя боюсь.
Белка сделала несколько вдохов, чтобы успокоиться, потом царственно взяла и откусила.
— Я верю, что не ты сейчас обижена, и вообще живоволки пришли не от обиды, — продолжил Кириак. —. Не пшикай на меня, как кошка, не я же их привел! Мое дело обстоятельства выяснять, и это я тоже не сам, мне приказали. Я бы лучше спать пошел. Но, пока инспектор занят, я должен узнать, кто среди вас может вызвать стаю, и в чем причина того, что упырей больше десятка.