Слабый стук в стекло отвлек внимание.
— Клара, Свит, вы там? — едва слышно донесся голос.
Вот оно, решение! Кириак! Он сейчас и поможет.
Белка даже подскочила. И тут же у нее закружилась голова, еще не освободившаяся от сонного пойла.
— Да! Мы здесь! Открывай скорее дверь! Мы заперты снаружи! — закричала Белка.
— Еле вас нашел! — отозвался Кириак и пошел выполнять распоряжение.
Писарь у двери возился долго. Чем-то стучал, чем-то даже скрипел. Дергал дверь, качал, толкал. И снова вернулся к окну. Постучал и поскрипел уже у стекла. Потом решился, бахнул ледяным комком, и внутрь бани посыпались битые стекляшки.
— Не получается, — сообщил он, одним глазом заглядывая внутрь сквозь оконце.
Теперь Кириака было нормально слышно, зато он перекрыл весь слабый свет, шедший в баньку снаружи. Кириак был удручен и огорчен:
— Там вот такенный замок на вот такенном засове! Ничего не могу с ним сделать, и ключ нигде не спрятан, ни под крыльцом, ни над дверью.
Белку подобная беспомощность в житейско-хозяйственных делах раздражала. Она сказала, уловив в собственном голосе по-бабьи вздорные нотки, которые так не любила сама у деревенских:
— Ну, сходи за инструментом, мастер!
— Куда сходи? Где его взять?
Белка умолкла. Нет, ругаться и стыдить за безрукость сейчас не время и не место. Подумала. У нее-то самой дома даже простого лома снег с крыльца сколотить не было. Кочерга?.. Против вот такенного замка кочерга могла быть и слабовата. А топором сбивать замки, да с опытом и способностями Кириака — может случиться мало толка, зато очень много шума. Если за баней следят?.. У кузнеца, может быть, есть что-то хитрое для снятия засовов. Так ведь кузня закрыта, кузнец на поминках. Проблема за проблемой!
— Не знаю, — вынуждена была ответить она, и, упреждая возможный вопрос, добавила: — И у кого помощи сейчас просить, не знаю. Нас со Свитом опоили сонным зельем и тут заперли. А кто за нас, кто против нас в деревне, мне неизвестно.
— Я же все приказы инспектора отменил! — воскликнул Кириак. — Кто и что опять придумал?
— Это не инспектор выдумал. Это тот, кто живоволков призвал. Вернее, та. Ее зовут Петра.
— Ничего не понимаю. Объясни.
Белка с досады скорчила рожу.
— У Хрода старшая внучка была, которая экзамен сдавать отказалась, ушла. Помнишь?
Кириак молчал. Потом сказал неуверенно:
— Наверно, такое было. Какая-то девушка ушла.
— Ну, вот это она и есть.
— Ты точно знаешь?
— Точнее некуда. Я напрямую спросила, сколько у нее волков. Она ответила — тринадцать. К тому же, сам подумай. Бури нам сказал, что у Хрода была книга песен из тени, где написано про живодуш. Инспектор ее искал. В школе ее не нашел. Раз книгу не нашли в библиотеке, даже в запертой комнате, значит, где эта книга и где ее можно прочитать?
— У Хрода дома? Хрод запрещенные книги хранил?
— Да! Хрод все хранил. Потому что указы из города, чему учить, чему не учить, много раз менялись, а в деревне новых книг взять негде. А она его внучка. В школе была, к экзамену готовилась. Понимаешь?..
Опять молчание.
— Не очень. Святые словесники, ну зачем? — прозвучал наконец голос Кириака. — Что за чушь? А тебе не с сонного зелья померещилось? Зачем ей это? Доказательства какие-то еще есть? Как вообще все это объяснить?
— Я почем знаю, зачем и как. Она мне сама сказала, что утром я все пойму. Наверное, когда после похорон все успокоятся, она еще что-то задумала…
— Слушай… Тут такое дело… Похорон сегодня потемну не будет. На утро перенесли. Пойдут на поле, как рассветет проявится и тень подвинется. На поминках говорят, опять живоволков возле дуба увидели. Сегодня, мол, ночь у них последняя, они сейчас самые злые. А защитнички перепились все, на ногах не стоит ни один. Очень много у вас в деревне самогона. И его все носят и носят. Не знаю, что они спьяну увидели, я вдоль оберегов ходил, никого не рассмотрел. А еще там говорят про тебя всякое нехорошее. Что ты, мол, ученица Кощея. Что вовсе не добрый чародей на полянке поселился, а бессмертный злыдень, смерть которого в игле, игла в мыши, мышь в птице. И птицу эту, якобы, поймали, так что с Кощеем расправятся. Черная волшебная птица, неживая, но летает. И волки от вас двоих с Кощеем, потому и так много их…