- Ах, не ценишь ты меня, ведьма, - обиженно ахнул Норри (искренности в его голосе при этом не было и на йоту) и неожиданно растворился в воздухе. К его манере исчезать без предупреждения она успела уже привыкнуть, поэтому, не обратив на это никакого внимания, с облегчением скинула рубаху на землю и побежала к воде. Несколько минут старательно намывала тело, но самую большую благодарность сейчас испытывала освободившаяся от оков полная грудь. Мораг уже и позабыла, какое это блаженство - вздохнуть в полную силу, ни о чем не думая, закрыть глаза и расслабиться в прохладной воде. Она настолько погрузилась в себя, что не заметила, как на берегу возникла высокая широкоплечая фигура. Некоторое время тишину у озера нарушало лишь приглушенное кваканье жаб, но вскоре мужчина все-таки нарушил молчание:
- Никак не пойму, зачем прятать такое великолепное тело под уродливыми тряпками? При нашей первой встрече я вначале перепутал тебя с ребенком, но теперь вижу, что ты - женщина во всех смыслах этого слова.
Мораг в это время балансировала на поверхности озера, лежа на спине, но, едва заслышав незнакомый хриплый голос, ошарашенно распахнула глаза и мгновенно ушла под воду. Вынырнуть обратно пришлось достаточно быстро, так как нехватка воздуха все же пересилила чувство стыда. Девушка сложила руки на груди крестом, прикрыв, как могла, наготу, и уставилась во все глаза на берег.
- Что вы здесь делаете? - зашипела на мужчину, в котором с удивлением узнала оборотня по имени Гаррик. Бесстыдник откровенно разглядывал ее без тени смущения, как будто не видел в сложившихся обстоятельствах ничего предосудительного.
- Я же говорил, что наведаюсь в гости, а свои обещания я привык выполнять. Зашел в дом, а там - никого. Отправился на поиски хозяина, когда внезапно уловил твой запах. Кто знал, что ты купаешься здесь голышом?
Кровь бросилась Мораг в голову, опалив виски жаром. Да как он смел разговаривать с ней так развязно?
- Отвернитесь, прошу! - взмолила девушка, ощутив, как от страха ослабели коленки. Святая дева, он ведь был оборотнем! Монстром, о животных инстинктах которых слагали легенды! Что если он решит ее изнасиловать? Юэн в отъезде, а, значит, никто не сможет ему помешать! А затем, чтобы замести следы, растерзает на части, и похоронит в этом самом пруду…
- Эй, детка, я не хотел тебя смутить, - пробормотал Гаррик, послушно разворачиваясь к озеру спиной. - Мы, оборотни, абсолютно нормально относимся к наготе, как к своей, так и чужой. Прости, если смутил. Я засмотрелся и совершенно позабыл, что ты всего лишь перепуганная смертная малышка.
Мораг не рассчитывала, что оборотень исполнит ее просьбу без лукавства, поэтому порядком растерялась. Значит, изнасилование отменялось?
- Возможно, ты наконец-то скажешь мне свое имя? Иначе так и придется продолжать обращаться к тебе "детка" или "малышка", хотя скромный жизненный опыт подсказывает мне, что на большинство женщин это действует, словно красная тряпка на быка.
- Чем вам не угодил Нейл? - пробурчала ведьма, осторожно подкрадываясь к оборотню сзади. Чтобы прикрыть руками как можно больше стратегически важных мест, ей пришлось всем телом скукожиться и изогнуться в невообразимой позе.
- Нейлом пусть тебя называют те, у кого со зрением не все в порядке. Я, правда, не думал, что к их рядам примкнет Юэн… Но он - парень молодой, круг общения с самого детства имел достаточно узкий, с женщинами и подавно общался мало, так что ладно, можно попытаться понять.
Мораг помолилась Деве, чтобы оборотню не пришло в голову обернуться в эту самую минуту, и, быстро схватив с берега свои вещи, принялась одеваться. На перевязь по всем правилам времени совершенно не было, поэтому она судорожно засунула длинную ленту в карман штанов и немного успокоилась, только когда надежно запахнула на груди массивный кожаный жилет.
- Спасибо за понимание, - поблагодарила в сердцах, и Гаррик наконец-то повернулся к ней лицом. Святая дева, она успела позабыть, насколько оборотень был огромным! Внушительный размах плечей и бицепсы, каждый размером с ее бедро, не позволяли ей по достоинству оценить несомненную внешнюю привлекательность мужчины. Но в том, что поклонниц у него и без нее было предостаточно, сомневаться не приходилось.