- Да уж, я знал, что Менельдир не обрадуется моему появлению, но не думал, что настолько, - пробормотал Гаррик, брезгливо окинув взглядом голые обшарпанные стены и односпальную кровать, которую более уместно было бы назвать лежаком. Впрочем, Мораг в данный момент ощущала внутри себя такой упадок сил, что практически не обратила внимание на окружающие неудобства. Рассеянно уселась на край койки и уставилась в одну точку перед собой. Мысли ее сейчас витали далеко отсюда.
- Эй, ну что за кислая мина? Стоит посмотреть на тебя, меня самого вселенская тоска начинает одолевать! - не унимался Гаррик. Поняв, что словами делу не поможет, оборотень уселся рядом с ней на кровать. Как будто случайно задел своей большой рукой ее плечо, а затем так и замер в неподвижной позе.
- Я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь сейчас.
- Нет, не понимаете, - бесцветным голосом возразила ведьма.
- А мне кажется, что все-таки понимаю. Мне абсолютно точно приходилось переживать чувство безответной влюбленности, и по моему скромному мнению более паршивого опыта сложно представить.
Мораг невольно встрепенулась, пораженная словами мужчины. Покосившись украдкой на голубоглазого гиганта-блондина, она не смогла отделаться от мысли, что он ей лгал. Да за таким красавцем девушки должны были ходить табунами!
- Не веришь? Зря. Если бы ты хоть раз увидела моего старшего брата, то тебе бы не пришлось долго думать, почему женщина в итоге выбрала его, а не меня. До кучи она еще и его истинной парой оказалась. Влезать в священные узы - настоящее кощунство, поэтому я был вынужден отойти в сторону. Да и кому я лгу - даже без этого против воли альфы я бы ничего не смог поделать!
Откровение мужчины откликнулось в сердце Мораг, приоткрыв старую ноющую рану. Во всем превосходящий его старший брат? Пожалуй, это слишком напоминало их ситуацию с Давиной. Если подобному красавцу довелось жить в тени собственного родственника, то уж ей-то жаловаться и вовсе не пристало…
- А что, мои чувства настолько очевидны? - глухо спросила ведьма, осознав, что уже второй раз ее словили на поличном: сначала эльфийка, теперь оборотень. Удивительно, как только Юэн обо всем не узнал, хотя проводил с ней времени больше, чем все остальные вместе взятые!
- Не переживай, он точно ни о чем не догадывается. Порой мне вообще кажется, что у Юэна какая-то проблема по части эмоций: он ни чужих чувств не умеет распознать, ни в своих толком разобраться. И троллю понятно, что смазливая Аэрин - лживая расчетливая стерва, которая лишь играет с ним, но разве могущественному пироманту это возможно втолковать?
Мораг тяжело вздохнула, отыскав в словах оборотня отголоски собственных мыслей. Но какое они имели значение, если сам Юэн был твердо убежден в обратном?
- Он любит ее. Только это имеет значение. Если только с ней он может обрести счастье, мы не вправе мешать.
- Ох, детка, это слишком запутанная история длиною в долгих двадцать лет, но уверяю, свои чувства к Аэрин Юэн придумал себе сам. Я еще мог поверить его рассказам, пока не повстречался с ней лично, но после - окончательно убедился, что эта эльфийка лишь бледная тень его первой детской влюбленности. Он каким-то чудом умудрился отыскать максимально похожую на нее внешне женщину, но ведь для появления настоящего чувства этого катастрофически мало! Поэтому я и говорю тебе, что вся эта мишура - ненадолго, как и любая другая иллюзия.
Как же ей хотелось поверить ему! Гаррик говорил складно и так убедительно, как будто владел каким-то тайным и недоступным другим знанием. С другой стороны он знал Юэна несравнимо дольше ее, а потому имел полное право на собственное мнение, пусть даже, возможно, ошибочное.
- Независимо от того, любит ли он Аэрин или же какую-то таинственную незнакомку из прошлого, шансов у меня на отношения с ним все равно нет, - со вздохом подытожила Мораг. - Не то, чтобы я сильно за ними гналась… В моей жизни есть более насущная цель.
- И эта цель заставила тебя переодеться в парня?
- Да, - подтвердила немного заторможенным кивком головы. Давина в это самое время беззаботно резвилась в углу спальни, пытаясь ухватить себя за хвост, и достижение поставленной цели сейчас казалось далеким, как никогда. Внезапно Мораг попросила:
- Гаррик, прошу, расскажите мне о Юэне! Почему он стал таким? Какие именно испытания в жизни преодолел? Конечно, обсуждать его за спиной будет некрасиво, но я уже устала от его туманных ответов на мои прямые вопросы, после которых я обычно только еще больше запутывалась. Что такого ужасного случилось в его жизни, о чем нельзя рассказать?