— Ну и не надо, — пожал плечами Арсений и опустил руку.
— Нет, стой! — Кира буквально прочитала на его лице слово «трусиха» и схватила его руку. — Я согласна.
— Прекрасно, — Рысь с улыбкой «разбил» их руки. — Если я проигрываю, целую тебя, если же ты проигрываешь…
— Да ясно все, ясно! — раздраженно перебила Кира. — Ну, что делать будешь? Сбегаешь за крылышками?
— Давай руку, я покажу тебе свои «крылышки»! — Арсений взял ее за руку. Девушка попыталась высвободить ладонь, но ее держали крепко.
— А теперь не мешай, — велел Рысь и закрыл глаза. Кира невольно залюбовалась его ресницами. Они у него были густые, длинные, прямо как у девушки.
«А он вообще ничего, — допустила девушка. Память кольнули воспоминания о Солохине, Кира помрачнела и задумалась, вспоминая «дела давно минувших дней».
Волосы подхватил порыв ветра, стало холодно. Кира неохотно вынырнула из размышлений и… вцепилась в Арсения. Они парили в воздухе!
— Ты… Ты что делаешь? — закричала Кира.
— Тише, не ори! — Рысь недовольно приоткрыл один глаз, однако, не спеша отстранять ее от себя. К тому же, так было гораздо теплее.
Они летели вверх, вдоль Голубой башни. С одной стороны мелькали кирпичи, в ночной темноте кажущиеся фиолетовыми и маленькие огоньки окон. А с другой — огромные ели, негодующе помахивая своими мохнатыми заснеженными лапами. Испуганно вспорхнула птица, пронзительно ухнув в ночь.
— Ты что творишь?! Немедленно вниз!
— Слушай, я ведь не шучу. Хочешь, чтобы шмякнулись вниз?
— Не хочу, — неожиданно спокойно ответила Кира. Она постепенно успокои-лась и начала получать удовольствие от полета. Ее захватило удивительное чувство восторга, захотелось смеяться и кружиться в воздухе.
Они поднимались все выше и выше. Луна равнодушно следила за их поле-том.
— А мы можем до самого Колокола долететь? — спросила Кира, запрокинув голову вверх. Ей почему-то не ответили.
- Арсений? — Кира беспокойно взглянула на Рысь. Тот был бледен, глаза закатились. Дыхание из его легких вырывалось с хрипом.
— Арсений! Чего ты? — Кира принялась тормошить его. Рысь не реагировал, из его груди раздался стон.
— Арсений! — ветер вокруг засвистел, завыл покинутой волчицей. Девушка с ужасом поняла, что они стремительно падают вниз. — Арсений!!!
— Кира… — еле слышно прошептал Арсений, тяжело обмякнув и завалившись на Киру.
— Очнись, очнись, Арсений! — Кира уже не кричала, голос почему-то пропал, из глаз покатились слезы. Она судорожно вцепилась в Арсения. Изображение перед глазами стиралось, превращаясь в одну единую хаотичную полосу.
«Я, наверное, сейчас хлопнусь в обморок, — подумала Кира. Неожиданно она почувствовала легкую щекотку в кончиках пальцев.
«Что это? Магия? — недоумевала девушка, боясь отпустить Арсения. Она зажмурилась, уже приготовившись к неминуемой смерти.
Каменный пол маленького балкончика, выходящего из старой библиотеки, встретил их с Арсением упругим сердитым толчком. Перед глазами запрыгали круги, коленки обожгло болью.
«Ссадина, наверное, будет, — подумала Кира, позабыв, что всего секунду назад прощалась с жизнью. — Ах да, я вроде как умерла. Или все-таки нет?»
Потирая колено, Кира поднялась на ноги. Ее шатало, поэтому она ухватилась за стену.
«Жива все-таки, — резюмировала она и опустилась на корточки. — А почему жива, а? Только не надо мне говорить, что у меня вдруг выросли крылья…»
— Арсений! — неожиданно вспомнила Кира, ее взгляд бешено заметался по балкону.
Рысь лежал ничком на полу, пугая ее своей неподвижностью. Девушка неуклюже вскочила, кинулась к распростертому на полу мальчишке и с трудом перевернула его на спину. Он был по-прежнему бледен, из рассеченной при падении губы сочилась кровь.
Кира нагнулась к его груди и, услышав частый стук сердца, с облегчением выдохнула:
— Живой… Арсений! Слышишь меня?
Веки парня дрогнули, он закусил разбитую губу и застонал.
«Его надо в больничный отсек, — поняла Кира, схватила его за локти и попыталась поднять на колени. Арсений оказался на удивление тяжелым, но все-таки поставить его на колени удалось.
— Думаешь, я стану тебя тащить? — отдуваясь, спросила Кира. — И не поду-маю! Ты чуть не угробил меня!
Рыси, похоже, было все равно. Он себя совершенно не контролировал, пребывая в полуобморочном состоянии. Девушку кольнула жалость, она рывком подняла его с колен.
— Попробуй опереться о мое плечо, — попросила она. Мальчишка, видимо, услышал ее — навалился на Киру, обхватив слабыми руками за шею.
«Вот блин, — подумала Кира, попытавшись сделать пару шагов. Двигаться было нелегко, мелкими шажками и боком. — Одной мне не справиться. Как назло, никого рядом нет! Я даже не знаю, в какой стороне больничный отсек!»
Стоило ей так подумать, как вдруг что-то сверкнуло в полумраке старой библиотеке. Ей навстречу летел маленький светящийся шарик. Он горел ярким, красноватым светом, его было хорошо видно даже тогда, когда он подлетал слишком близко к факелу.
«Это еще что такое? — не поняла Кира.
Шар-светлячок остановился неподалеку от нее и закружился на месте, будто в нетерпении.
«Он хочет, чтобы я пошла за ним, — догадалась девушка.
— Не подскажешь, где больничный отсек? — осторожно спросила Кира. Светлячок завис в воздухе и полетел куда-то по коридору. Кира поспешила за ним, с максимальной скоростью, которая была возможна в ее положении.
Вместе они спустились по лестнице и повернули направо. На каждой сту-пеньке Кире казалось, что они сейчас обязательно сверзятся вниз, и спуск станет гораздо увлекательнее и быстрее.
Когда они вышли в длинный коридор, уставленный подсвечниками, впереди замаячила дверь.
«Ну наконец-то! — Кире казалось, что она сейчас не выдержит и упадет прямо на пол. Арсений что-то бормотал, будто в бреду.
— Сейчас, сейчас, потерпи… — уговаривала его девушка, стучась свободной рукой в дверь. Шар-путеводитель завис над ее головой.
— Спасибо, — успела шепнуть Кира, прежде, чем он погас. Дверь распахнулась и на пороге появилась пани Веселина. Волосы у той уже были распущены, а короткий светло-фиолетовый халатик сменился на длинную ночнушку. Видимо, лекарь готовилась ко сну.
— Это кто тут на ночь глядя пожаловал? — беспокойно спросила она. Ее глаза пробежались по Кирину лицу. — Горностайка!
— Вы не поможете? — Киру шатало, перед глазами все плыло.
— Светлые волхвы! — Веселина замахала руками, приглашая Киру зайти. — Рик! Рик, скорей, помоги!
— Что еще стряслось? — из узкого темного коридорчика высунулась знакомая светлая голова. Рик мгновенно оценил ситуацию и бросился к Кире.
— Ну-ка, давай… — он бережно принял у Киры Арсения, взвалил его к себе на плечо и потащил куда-то по коридорчику. Кира устало опустилась на подвернувшуюся табуретку.
— Пойдем, я тебе воды дам попить, — пани Веселина поманила ее рукой и повела по коридору в уже знакомую Кире комнату, заставленную больничными койками.
— Садись сюда, — пани усадила девушку на койку. Пан Рик в это время как раз укладывал Арсения рядом.
— Аккуратнее, голова твоя садовая! — прикрикнула на него Веселина. — Лучше дай Горностайке чаю с бересклетом, пускай успокоится, отдохнет. Бедная девочка, этакого верзилу тащить.
С этими словами она вышла из комнаты. Пан Рик покачал головой, оглядывая Арсения, потом вышел за Веселиной. Кира осталась с Рысью наедине. Тот лежал неподвижно, глаза его были закрыты, даже ресницы не дрожали.
— Арсений, — осторожно позвала Кира, встала с койки и потрогала его руку.
«Какая же я дура! — подумала девушка, на глаза навернулись слезы. — Это ведь он мне похвастаться хотел, что летать умеет! Зачем я только согласилась спорить?!»