Кладбище было не очень большим, но ухоженным: угрюмого вида уборщик как раз сгребал с холеной зеленой травы пожухлые листья. Кресты блестели, как отполированные, на солнце, а я, держа в руках высокие алые розы, изучал имена незнакомых мне людей, вытесанные на мраморных плитах.
Могила, к которой мы пришли, находилась в самом конце кладбища, на холме с видом на океан. Вместо креста и надгробного камня над мраморной плитой возвышалось каменное изваяние очень тонкой работы: молодой женщины с мягкими волнами длинных волос. Статую женщины обвивали лозы винограда, а сам виноград рос совсем рядом, но не плодоносил. Лоза обвила каменную руку женщины и я, опустив взгляд, заметил, что на безымянном пальце статуи блестело кольцо с большим синим сапфиром.
Мне даже стало стыдно за мысль о том, что никто до сих пор его не украл.
На мраморной плите у ног статуи было сказано, что лежавшую в могиле тридцатилетнюю женщину звали Соня Сантана.
Рядом с могилой женщины было еще две, свежие.
Наверное, Альдо был очень похож на мать. Он стоял у могилы отца, дрожащими руками держа охапку роз, и в профиль был очень похож на каменную статую женщины своими мягкими чертами лица.
— Пойдем, — сказал Альдо, опустив розы на могилу отца и сестры.
Сильвия, кивнув, опустила белые лилии на мраморную плиты Сони Сантана и сжала плечо Альдо, который тут же сбросил ее руку и зашагал к машине, судорожно дыша.
Я, присев у могилы старика Сантана, открыл рюкзак.
— Я вам винишка принес, — улыбнулся я, поставив бутылку у надгробного креста.
У могилы Камилы цветов было много, под ними было не видно даже плиты, и я, хотел было опустить последнюю розу, но руку мою будто неведомая сила отвела.
Не знаю почему, но по жене я не скорбел. Поэтому с легким сердцем оставил розу в каменных пальцах Сони Сантана и побрел за Сильвией.
***
— Прости меня, Альдо, — выдавил я, когда мы ехали в офис. — Я оплошался. Мне вообще не следовало идти у Флэтчера на поводу и приезжать.
Альдо, повернув ко мне бледное лицо, одарил меня насмешливым взглядом воспаленных глаз.
— В чем ты оплошался, скажи мне? — чуть дрогнувшим голосом спросил он, не скрывая насмешку. — Он бы все равно приехал. Без тебя. И никто бы не уговорил папу отправить меня учиться. И я умер бы со всеми. За это ты просишь прощения, идиот?
Я даже не ожидал таких слов, тем более от Альдо.
— Мы не сказали сразу, потому что…
— Потому что мне нельзя было возвращаться в страну, избавь меня от объяснений, я сын мафиози, лучше тебя понимаю.
Сильвия не сказала ни слова за весь путь, даже не смотрела на нас в зеркало заднего вида, разве что иногда о чем-то тихо переговаривалась с сидящим на переднем сидении Финном.
Альдо уткнулся взглядом в окно и ясно дал понять, что не настроен на извинения, оправдания и соболезнования.
Мне даже показалось, что Альдо Сантана ожидал такого исхода для своей семьи.
Оставалось лишь гадать, чем ему так отравляла ему жизнь Камила, что он даже не взглянул на ее могилу. Я, уверен, видел не все гадости, на которые она была способна.
Бедный, красивый Альдо.
*
Насколько были верны Флэтчеру его люди?
Они осели в вилле, но там были хорошие условия, почему бы и не осесть? Они заняли склады, но там товара на миллиарды, почему бы и не занять?
Насколько верные бандиты оккупировали офис и что их еще здесь держит, мы выяснить не успели.
Финн вышел из машины первым и, достав пистолеты, раскинул руки. Не знаю, как можно прицелиться сразу в двоих, но те, кто еще секунду назад стояли у дверей и, завидев нас, похватались за оружие, получили по пуле промеж глаз.
Осторожно переступив через тела (интересно, сколько свидетелей этому было?), Альдо первым зашел в офис.
— Тот, что слева у лифта, четверо у окна, — командовала Сильвия, жестом приказав девушке у стойки возле лифта пригнуться.
Финн послушно стрелял, задвинув меня за свою спину. Все происходило так быстро, что в ответ успело прогреметь лишь два выстрела.
— Доброе утро, Карла, — кивнула Сильвия перепуганной девушке у стойки.
— Выпейте чаю, успокойтесь, и соберите директоров в конференц-зале.
Поймав косой взгляд Финна, девушка затряслась и послушно потянулась к телефону.
Мы преспокойно зашли в лифт. Альдо не проронил ни слова, я пристукивал пальцем по столу в такт приглушенной музыки из колонок над потолком, Финн зарядил пистолет, Сильвия, терпеливо ждала.
— На пол! — крикнул я, когда двери лифта открылись.
Наверное, работники офиса картеля не в первый раз попадали в ситуацию перестрелки, потому что все, кто были на двадцатом этаже, по крайней мере, в пределах видимости, тут же попадали на пол, а Финн, быстро переставляя руки с пистолетами, начал стрелять еще до того, как люди Флэтчера прицелились в нашу сторону.
Первая проверка на верность была провалена.
Последний оставшийся в офисе захватчик поднял руки вверх.
— На пол, — скомандовал Финн.
Магл послушно рухнул на пол, но выстрел в голову все же последовал.
— Пожалуйста, вызовите уборщиков и продолжайте работать, — объявила Сильвия.
— Вам на подпись, — тут же сориентировалась секретарь, протянув Сильвии документы. — И в комнате отдыха еще двое.
Переглянувшись с Финном, Сильвия кивнула.
— Шестой этаж, первая комната направо.
Проводив взглядом Финна, я повернулся к Альдо, который выглядел так, словно то, что происходит в офисе — рутина.
Я заметил, что несмотря на то, что очень многие в картеле не очень жаловали Альдо, были очень рады его видеть в стенах офиса. Судя по всему, если не догадались, то надеялись, что «эра Сантана» возвращается.
Обернувшись, я взглянул в синие глаза Альдо и ободряюще улыбнулся. Альдо отвернулся и первым зашагал в конференц-зал.
*
За овальным столом из молочного стекла нас сидело семеро, и я ощутил знакомые чувства: однажды отец, не зная, куда меня десятилетнего девать, привел с собой в зал совещаний глав отделов министерства. Я помню, как сидел в за высоким для меня столом, рисовал что-то на пергаменте, ловил на себе взгляды больших начальников министерства и чувствовал, что мне здесь совсем не место.
Так же и сейчас.
Я сидел по правую руку от Сильвии, и чувствовал себя, как Финн в любой ситуации: моргал и не понимал, что происходит. Альдо хотел было сесть рядом со мной, но Сильвия наставительно указала ему на место во главе стола.
Нас, как я уже сказал, было семеро: помимо меня, атташе и Альдо, за столом сидели люди, которых я видел в первый раз, но которые уже смотрели на меня с вызовом так, словно я должен им денег.
Напротив меня сидел крепкий мужчина в возрасте за сорок, чье лицо было изуродовано многочисленными шрамами и ожогами — начальник охраны, насколько я помнил.
Одутловатый юрист, сидевший рядом с Альдо, повернулся к Сильвии. Лицо его — идеально круглое и лысое, как яйцо, было мне неприятно.
Миловидная блондинка с ярко-накрашенными глазами выжидающе кривила губы. Начальник отдела международных связей и логистики, насколько я помнил по быстрым рассказам Сильвии.
Рекрутер картеля Сантана выглядел так, словно явился на совет директоров с сильнейшего похмелья.
Последним в зал вошел Финн, сунув под ремень пистолеты и сев рядом со мной.
— Молчи, Поттер, говорить буду я, — одними губами прошептала Сильвия.
*
— Ты ссыкло, — указав пальцем на юриста, процедил Финн и перевел руку в сторону начальника охраны. — И ты ссыкло.
Сильвия закрыла лицо рукой, а начальник охраны, поднявшись на ноги, смерил Финна уничтожающим взглядом.
— Мои люди защищали сеньора Сантана, сядь и закрой рот.
— Старика, его внука и дочь защищал я, — напомнил Финн ледяным тоном. — Поэтому, сука, ты сядь и рот закрой, и не пизди, что невозможно отжать картель.
— Ты защищал их так, что сеньор Сантана и его дочь мертвы.
— Ты мог отжать офис сам! Я меньше, чем за час перебил чужих.
— Спокойно, — произнесла Сильвия, когда Финн и начальник охраны схватили оружие. — Мы собрались здесь не обвинять друг друга.