Я помотала головой, поражаясь поведению девушки. Она ведь не на много старше меня…
— Испугалась, верно? — Она истолковала молчание по-своему, — Что же ты натворила такого, если господин решил привести тебя сюда? Вроде такая тихая. В постели что-то не понравилось? Был у нас клиент, который водил своих женщин, чтобы они посмотрели, как нужно с мужчинами обращаться… Хочешь я дам тебе пару уроков? Обещаю, твой господин останется доволен.
Лейсан звеняще хихикнула, пытаясь меня успокоить.
— Спасибо, не надо, — слегка заикаясь от смущения, отказалась я.
Вот вроде и не маленькая совсем, да в современном мире на такое насмотрелась, что некоторым куртизанкам и не снилось даже, но напор девушки выбил из колеи.
— Дурочка. Мужчину нужно баловать, тогда он будет благосклонен к тебе. Твой молод и красив… Не понимаешь ещё своего счастья. Проходи, это комната отдыха, здесь девочки обычно готовятся к приходу гостей.
Лейсан отворила соседнюю дверь и пропустила меня вперед. С тихим вздохом я шагнула в помещение и застыла.
Вальяжно расположившись на одном из разноцветных диванов, по спинкам которых были развешаны женские платья, в окружении зеркал и столиков с косметикой, сидел Карающий.
Девушка, скользнувшая следом, испуганно побелела и поспешно согнулась в поклоне, не забыв дернуть меня за рукав.
— Поклонись, поклонись… — зашелестела Лейсан, но я даже и не подумала этого сделать. Я просто… так рада была его видеть, — простите господин, мы не знали, что тут кто-то есть. Мы уже уходим.
— Стоять, — прищурившись, прошипел Кайрин, — ко мне.
Как собаке сказал. Обреченно выпрямившись, девушка двинулась вперед, но учитель остановил её одним небрежным жестом.
— Не ты. Она.
Голос был таким, что я поняла — ничего кроме нагоняя меня не ждет, но все же поспешила выполнить приказ.
— Господин, простите её, она не знает правил, она пришла с другим мужчиной, — решила заступиться за меня девушка, но на её лепет не обратили никакого внимания.
— Вон отсюда!
Для убедительности Карающий поднялся с места, и стоило Лейсан в опасливо скрыться за дверью, закрыл замок с внутренней стороны.
— Ну что, раздевайся рас пришла, — Рыкнул Кайрин, скрестив руки на груди.
Честно говоря, в первый миг решила, что он меня с кем-то перепутал, но нет, он был просто чертовски зол. До желваков на бледных скулах, до побелевших костяшек пальцев. В ярости. Я это чувствовала, будто воздух вокруг него наэлектризовался и искрил…
— Не буду, — я отзеркалила позу Карающего, хотя не думаю, что он это заметил.
— Ах не будешь? Подработку себе решила найти, Бес? Уроки соблазнения брать? — Оу, оказывается он слышал болтовню Лесйан за дверью. Тон Кайрина начал сочиться медом. — Что ж ты сразу то не сказала! Ничего, мы справимся и без посторонних лиц. Будешь работать у меня на две ставки. Снимай свою хламиду…
Кажется, нужно подождать пока он остынет.
Метнув взгляд на запертую дверь, начала пятиться назад. Может стоит как-нибудь оправдаться? Сид все-таки, похоже, правду сказал, но все равно всю вину можно на него свалить. В голове уже выстроилась шикарная речь с предысторией, в которой меня обманом и хитростью выманили из дворца, но здравый смысл подсказывал: "не поверит", так что пришлось ограничиться простым:
— Я помочь тебе хотела!
— Лучше беги…
И я побежала. Несмотря на то, что он даже за мной не гнался. Вперед было некуда, назад тоже — путь перекрывал широкий диван. Особо не думая, я решила его перепрыгнуть, отгородившись от Карающего с помощью импровизированного препятствия. Про своё облачение я как-то и не вспомнила, так что заорала как резаная, когда, запутавшись в подоле паранджи, зацепилась ногой за спинку мебели и полетела вниз лицом, прямо на встречу полу.
К счастью, столкновения не произошло, меня схватили за шиворот, и опрокинули спиной на мягкие подушки.
— Какое же ты недоразумение… — уже спокойно констатировал Кайрин, вытряхивая моё тело из балахона.
ГЛАВА 20
Карающий бессильно опустил руки, и мятая ткань осела к его ногам бесформенной черной грудой. Тихий шелест показался мне оглушительным, будто пространство сжалось до размеров крошечного аквариума, чьи стеклянные стенки эхом отражали самый незначительный звук.
Я замерла, ожидая от учителя минимум — новую колкость, максимум — хороший подзатыльник, но он остался безмолвным и неподвижным. Только кулаки, сжатые до хруста, говорили о том, как он "рад" меня видеть.