Он помолчал немного, словно задумавшись, и продолжил:
— Но я хочу, чтобы вы пообещали, что попытаетесь. — И добавил: — Вы обязаны это пообещать.
Том обеими руками вцепился в свою шевелюру и рванул ее.
— Но вы же не можете так управлять людьми…
— Я могу попробовать. Вы абсолютно вольны отказаться, а если встретитесь с ней, вы оба можете в любой момент отвергнуть этот план. В каковом случае я повторю попытку.
— С другим человеком?
— Да.
— О боже!
— Не вижу, — заметил Джон Роберт, — чтобы я предлагал что-нибудь особенно неразумное. Никто никого ни к чему не принуждает.
Меня принуждают, подумал Том. Должно быть, это гипноз. Он сказал, едва веря своим словам:
— Можно, я подумаю?
— Нет. Либо вы сейчас соглашаетесь встретиться с ней, имея в виду заключение брака, либо…
— Но как я могу с ней встретиться, имея в виду заключение брака? Я ее никогда не видел, ей семнадцать лет, мне двадцать, это не… не та ситуация, не тот случай…
— Хорошо, в таком случае позвольте пожелать вам доброго утра. Спасибо, что уделили мне время.
— Нет-нет, это нечестно, как я могу сказать… это все так необычно…
— Я бы сказал, что все предельно ясно. Вам не нужно ничего делать — нужно только серьезно отнестись к ситуации.
— Но я не могу взять и заставить себя серьезно относиться, в вашем смысле серьезности, то есть воспринять это всерьез…
— Послушайте, мистер Маккефри, вы же не думаете, что я шучу.
— Нет, конечно, нет, я просто…
— Как я уже сказал, вы можете попробовать. Просто не забывайте о конечной цели. И еще: если на этой стадии вы решите отказаться от участия, я должен вас попросить еще об одном обещании.
— Еще одном?
— Вы уже пообещали мне никому не открывать то, о чем мы сегодня беседовали.
— Пообещал? Да, верно…
— В случае, если вы решите отказаться от моего предложения, я также должен взять с вас обещание никогда не встречаться и не знакомиться с мисс Мейнелл.
— Но как это…
— А если вы примете мое предложение и потерпите неудачу, вы должны пообещать, что никогда больше не увидитесь с мисс Мейнелл и не будете пытаться ее увидеть.
— Я не понимаю…
— Вы не глупы. Вы должны понимать, почему я об этом прошу.
— О… да… наверно…
— Ну так что, хотите попробовать?
Слово «попробовать» зазвенело у Тома в ушах, как лязг цепи, — а может, как зов трубы? Кажется, подумал он, этот сумасшедший тщательно, с помощью волшебных слов, мелких спланированных психологических жестов берет меня в плен? Или это все случайное безумие? Будут ли мои слова иметь какие-то последствия? Он гадал, нужно ли воспринимать эту ситуацию как ловушку или как посвящение, испытание. С какой стати ему соглашаться на такой нелепый, безумный план? Но только… он теперь уже не сможет не… Если он сейчас встанет и выйдет из комнаты, сможет ли он оставить позади все, что произошло? У него в душе уже были затронуты разнообразные, непонятные для него самого струны.
Том в отчаянии спросил, только для того, чтобы выиграть несколько секунд:
— Но вы это действительно серьезно, все, что вы говорили?
— Не задавайте пустых вопросов. Сосредоточьтесь.
«Правда, что ли, меня гипнотизируют? — подумал Том. — Неужели я собираюсь ввязаться в эту безумную затею, только чтобы сделать ему одолжение, чтобы повиноваться, чтобы, о боже, не разлучаться с ним?» Он сказал:
— Ну хорошо, я попробую.
Джон Роберт испустил долгий вздох.
— Хорошо… хорошо, значит, договорились.
— Но… — пробормотал Том, — но это же бесполезно, ничего же не получится, я ей не понравлюсь, окажется, что мы друг друга терпеть не можем, это невозможно, мы не поладим, сама идея ей будет ненавистна…
— Вы согласились попробовать. Дальнейшие рассуждения бесполезны. Разумеется, вы никому не расскажете о нашей беседе. И в общении с моей внучкой будьте чрезвычайно осторожны. Здесь не место выходкам. Ничего шумного, ничего публичного.
— Но люди же узнают, что я с ней встретился…
— Совершенно не нужно, чтобы ваша встреча стала предметом сплетен. Я этого не желаю. Слиппер-хаус — уединенное место.
При этой фразе у Тома закипело воображение.
— Ну хорошо, но…
— Насколько я понимаю, из того факта, что вам было неизвестно о прибытии мисс Мейнелл, следует, что вы не живете в Белмонте?
— Да. Я живу в доме номер сорок один по Траванкор-авеню. Ближе к твидовой фабрике.
Джон Роберт записал адрес в блокнот.
— А теперь, — сказал он, — мне пора в Институт. Мы должны идти по отдельности.