— Прошу вас, прошу, но вы никак не хотите начинать пользоваться головой, нэк.
— Учитель…
— Что «учитель»? Тебе что, кто-то пятки маслом намазал и поджёг? Нет? Так зачем было спешить? Почему было не дождаться моего возвращения и не обсудить всё спокойно?
— Они бы просто ушли, — Менос хмыкнул и упрямо вскинул подбородок. — Стали бы они непонятно чего дожидаться.
— Болван, — Зуг’Гал раздражённо цыкнул. — Ну и пусть бы себе шли! Эти девицы — не замухрышки с гнилыми зубами, а вполне приметные особы. Тот же владелец таверны за пару медяков не только карту бы тебе нарисовал, где их искать, но и, может, за руку бы отвёл к их порогу. Но нет, ты решил, как обычно, сделать всё по своему.
— Как бы то ни было, — парень демонстративно зевнул и потянулся. — Я получил нужную мне информацию. Так что всё закончилось хорошо.
— Ты в тюрьме заперт, — парировал старик.
— Выпустят, никуда они не денутся. У них на меня ничего нет, — Менос пожал плечами, уверенный в своей правоте. — Девок убил Высший, а я не он. Я обычный человек. Вот и весь разговор.
— Выпустят, как же, — скривился шаман. — Ещё и подерутся меж собой за право лично отворить твою камеру и принести нижайшие извинения за беспокойство, нэк.
— Наставник, вы чего?
— Того! — огрызнулся тот. — Будешь тут сидеть доколе их мастер над артефактами твой меч не осмотрит. Вот только нет его сейчас в городе. Отбыл по делам. А когда вернётся, то никому не ведомо. Может завтра, а может через пару лун. Вот смеху-то будет, согласись, коли так.
— Это… это действительно паршиво, — уже без тени улыбки произнёс Менос. Новость о застрявшем где-то артефакторе мгновенно остудила его боевой пыл.
— Паршиво… — с улыбкой повторил старик. — Это всего лишь «цветочки». Даже если седмицу другую тут заночуешь, так тому и быть, не обеднеешь, а мне так даже лучше — вреда от тебя меньше будет. Если ещё и Араха к тебе пристроить, так вообще красота. Но это всё пустой трёп… Так о чём я? Вспомнил. А вот настоящие «ягодки» начнутся, если окажется, что твой клинок может поглощать разные атакующие рунные эффекты. Посмотрю я тогда, как ты запоёшь.
— О таком я и не подумал, — совсем уж расстроился парень.
— Конечно, не подумал, дурья твоя голова, — прошипел старец. — Как и том, что если прикончить кого-то рунной магией, то пусть то будут даже чёртовы бродяги, но убийцу будут искать. Потому как никому не нужен неконтролируемый Высший, разгуливающий по городу. Так что будь уверен, даже если повезёт и мастер над артефактами анализом клинка не вынесет тебе смертный приговор, то даже после освобождения стража тебя в покое не оставит, нэк.
— Почему это?
— Потому что ты единственный свидетель, Менос, ты их единственная ниточка, способная привести к истинному лиходею. А так как ты и есть тот самый злодей, то есть никого они по твоим «честным» показаниям не отловят, то внимание городовых тебе обеспечено на очень и очень длительное время.
— Дела, — протянул Менос, почёсывая затылок.
Увидев, что ученик окончательно сник и замолчал, Зуг’Гал позволил себе едва заметную, предвкушающую улыбку. Ему доставляло почти физическое удовольствие наблюдать, как самоуверенность Меноса осыпается прахом под гнётом суровых перспектив.
Что греха таить, старик намеренно сгущал краски. Он мастерски раздувал искру страха в душе парня, превращая её в настоящий пожар, дабы тот на собственной шкуре прочувствовал всю глубину своей глупости. Иного способа вразумить этого человека шаман не видел. Менос начал переходить опасную черту.
Нет, Зуг’Гал вовсе не порицал саму суть убийства — напротив, готовность отринуть человеческое сожаление и хладнокровно оборвать чужую жизнь он считал полезным навыком, необходимым для выживания. Плохо было другое: парень начал полностью отдаваться во власть своему хищному нутру. Он становился рабом инстинкта, а не господином своей силы, и именно это сулило в будущем неприятности.
На деле же шаман понимал, что никто не станет удерживать Меноса в темнице дольше необходимого.
Стоит мастеру над артефактами вынести свой вердикт и подтвердить, что клинок чист, как парня в тот же час вышвырнут на улицу. Страже глубоко плевать на справедливость, им важен порядок. И уж тем более никто из городовых не станет обременять себя слежкой за ним.
По крайней мере чтобы всерьёз — не станут. Больно оно им надо на дурака этого время своё тратить. Максимум день-другой понаблюдают и на том успокоятся.
Хотя… в какой-то момент улыбка сошла с его лица — Зуг’Гал нехотя признался самому себе, что поспешил с выводами.
Ситуация может качнуться и в другую, куда более неприятную сторону. Он как-то упустил тот момент, что фракция зверолюдей, обосновавшаяся в городе, наверняка поднимет шум и дело примет скверный оборот. Всё же убитая была змеелюдкой. Да и следователь крысолюд. Скверно. Очень скверно.