Арах тоже не зевал. Он перезаряжал арбалет и посылал один за другим болты в отступника с такой скоростью, словно только и занимался этим не меньше половины своей жизни.
Я же, используя усиление «тенью», превратил самого себя в стремительный снаряд.
Плеть, занятый гномами, чьи щиты уже едва мерцали, теперь отвлёкся ещё и на гоблинов, вынужденный дополнительно прикрываться от их атак. И это давало мне шанс.
В считанные мгновения я преодолел разделявшую нас с орком дистанцию и пронёсся мимо него метеором, вкладывая в удар всю набранную скорость. Меч описал дугу… и рассек пустоту.
ВЖУУУХХ!
Второй, затем третий выпад, но снова лишь свист стали по пустоте. Чрезмерная осторожность сковывала движения, превращая стремительность в суету.
Я едва не потерял равновесие, пролетая мимо, и чудом удержался на ногах.
Но с каждым новым рывком страх отступал. Его вытеснял разгорающийся внутри меня азарт. Я вошёл в раж и начал атаковать более прицельно, рискуя поплатиться за малейшую ошибку.
Но даже понимание этого нисколько меня не останавливало.
Вместе с пульсацией в висках я будто многократное «УБЕЙ! УБЕЙ! УБЕЙ!»
Теневой Монарх пробудился и теперь требовал крови. Его шепот усиливал меня и ослаблял одновременно. Не зная страха, я уже дважды пошёл на размен ударами и лишь чудом не лишился головы.
«Тень» больше не просто ускоряла меня, казалось, что именно она вела клинок.
— Менос, пожри тебя бездна! — орал Арах, выпуская болт за болтом. Большинство из них пролетали мимо, но пара всё же вонзилась в спину орка, заставив его дёрнуться.
Именно в этот момент я понял, что сомнения убьют меня раньше, чем эта тварь. Если продолжу сражаться одновременно сразу на два фронта, против Плети и против Монарха, то ничем хорошим это не закончится.
Я ослабил поводок, позволяя теневой сущности прийти в неописуемый восторг. Казалось, что её многоголосый визг внутри моей головы услышат даже гномы под горой.
Шестая атака стала переломной.
Орк раскрылся для удара по очередному Хранителю, и я использовал этот момент.
Я разогнался так, что мир вокруг превратился в размытое пятно.
ВЖУУУХХ!
Меч прочертил в воздухе дымную дугу, и сразу два толстых, покрытых слизью щупальца отделились от туловища Плети. Упав на землю они забились в агонии, брызгая чёрной кровью.
Орк замер на мгновение, а затем выдал такой оглушительный рёв, что у меня заложило уши. Казалось, что даже камни под ногами задрожали.
Боль привела его в бешенство. Наплевав на гномов и даже на Зуг’Гала с Арахом, тварь развернулась ко мне.
Искажённое лицо орка, залитое кровью и какой-то гнилостной слизью, смотрело на меня.
Хранители, что ещё дышали, представляли собой жалкое зрелище. Истощённые, с дрожащими руками, они едва держались на ногах, но даже так продолжали попытки атаковать.
Впрочем от былой мощи гномьего отряда не осталось и следа.
Оставшиеся Хранители дышали, как загнанные звери. Их сциллы, ещё недавно вращавшиеся ослепительными дисками, теперь едва мерцали.
У одного из гномов тряслись руки. У другого из носа текла кровь, смешиваясь с потом. Они пытались атаковать, но то уже были жалкие потуги. Высшие Хранители, элита своего народа, превратились в обессиленных стариков, которых держало на ногах только чудо и, возможно, глупая гордость. Ещё минута и они рухнули бы сами, без помощи орка.
Орк действовал молниеносно. Одно из уцелевших щупалец метнулось в сторону, обвило шею ближайшего гнома и рвануло его на себя. Отступник выставил бедолагу перед собой, используя его как живой щит. На мгновение воцарилась тишина — гномы замерли, боясь задеть своего.
Но Зуг’Галу было плевать.
Два водяных серпа скрестились в воздухе. Они четвертовали несчастного Хранителя в мгновение ока. Орк даже не успел прикрыться как следует, когда тело Высшего гнома развалилось на четыре части, окатив его дождём из кишок и крови. Отступник на мгновение опешил, а затем с рычанием запустил в Зуг’Гала окровавленный обрубок.
Сразу после этого Плеть внезапно рванул в сторону леса, покидая поляну, но достигнув первых деревьев резко сменил направление и, прикрываясь стволами, пошёл на сближение со мной.
Треск стоял страшный. Теперь все дальнобойные атаки, летевшие в орка, на себя принимали сосны и ели.
В этот момент я понял, что скрываться больше нет смысла и призвал свою сциллу.
Даже увидев это, орк не замешкался, а наоборот ускорился. Теперь уже он атаковал меня, используя мою тактику скоростного броска.