На сей раз, чтобы выжить, мне придётся выложиться по полной, задействовав все резервы.
У меня есть стихия «тени» и теневой нож, так что даже такой сильный враг для меня не приговор. Эффект неожиданности тоже оставался на моей стороне. Проще говоря, если использую скрытые козыри, то сомневаться в том, что прикончу орка, не приходилось.
Но это не только не решало исходящую угрозу от подгорного посланника, но и создавало новые, куда более опасные проблемы.
Если убью орка, тогда коротышке станет известен мой секрет. Не сама его суть, но он точно сообразит, что внутри меня скрыто нечто, с чем он ещё никогда не сталкивался. Казалось бы, нужно всего лишь убить и гнома, собирался ведь изначально так сделать. Но увы… тихо его устранить уже не получится. Он не станет беспечно дожидаться пока вылеплю из тьмы новый нож и метну в него. Тот, что спрятан в моём рукаве сейчас вряд ли продержится достаточно долго.
Теперь уже я скривился и недовольно хмыкнул. Получалось, что стража только для меня бесполезна.
И даже если предположить, что гном станет молчать о произошедшем, то самой страже будет невдомёк, как вчерашний человеческий подросток сумел одолеть орка. Как ни посмотри, я подставлюсь настолько сильно, что крысолюд, даже получив заключение по клинку от мастера над артефактами, не выпустит меня из темницы.
— Дать тебе ещё минутку? — чернобородый вырвал меня из размышлений.
— Что?
— Спрашиваю, хватит ли тебе минуты, чтобы осознать и принять своё новое положение?
Отказываться я не стал. Хотя и понимал, что за отведённое время мало что изменится. Собственно, так и вышло. Ничего принципиально нового придумать мне не удалось, мысли лишь лениво ходили по кругу, упираясь в безысходность.
Ситуация напоминала ловушку с медленно сходящимися стенами. Куда бы я мысленно ни делал шаг, везде упирался либо в орка, либо в гнома, либо в собственную тайну, которую нельзя раскрывать ни при каких обстоятельствах.
— Долго ещё? — поторопил меня бородач, нетерпеливо побарабанив пальцами по своему пузу.
— Ладно, что за предложение? — выдавил я из себя, стараясь, чтобы голос звучат как можно более растерянно и жалко. Нужно отыгрывать и дальше спектакль.
— Твоя жизнь в обмен на информацию, — усмехнулся тот сквозь густую бороду. — Нам доподлинно известно, что почти все из перечисленных злодеяний совершил твой учитель. По крайней мере, убивал только он. Поэтому, если сдашь его, я сохраню твою жизнь.
— И я должен в это просто взять и поверить?
— Ты ведь не позволил второму гоблину убить ребёнка, — тон гнома внезапно изменился, став мягким, почти отеческим. — Хотя мог просто закрыть на это глаза, но не сделал этого. Ты спас девочку. И за это я, Валлак, благодарен тебе.
Он почтительно склонил голову, прижав ладонь к груди. Выглядело это до того благородно, что любой другой на моём месте наверняка растрогался бы и поверил ему.
— Поэтому я предлагаю тебе шанс начать всё с чистого листа, — продолжил подгорный житель. — Отрекись от богомерзких гоблинов, сдай их — и живи дальше, как человек.
Гном врал. Врал очень искусно, выстраивая интонации и подбирая правильные слова, но всё равно он оставался настолько далёк от подлинного мастерства лжи, отточенной гоблинами, что я едва не хмыкнул ему в лицо. Мои учителя возвели обман в абсолют, а этот бородач лишь пытался подражать им, прикрываясь высокими мотивами. Но я вовремя спохватился и прикусил язык.
— Хочешь сказать, что… — меня настолько внезапно осенила догадка, как именно я могу выкрутиться из этой ловушки, что я замолчал на полуслове, уставившись себе под ноги.
— Продолжай, ты ведь хотел что-то спросить, — приободрил гном, приняв моё замешательство за признак того, что я сломался и готов со всем согласиться.
— Да, я очень хочу начать жизнь сначала… — я шмыгнул носом и невзначай сделал пару мелких шагов поближе к разделяющей нас стальной решётке. — Без гоблинов, без этих… я никогда и не хотел быть вместе с ними, но они вынудили меня, они…
— Парень, не обессудь, но мне нужна не твоя слезливая история, а конкретная информация, — перебил он, хотя в его глазах блеснул довольный огонёк.
Я видел подобный взгляд уже множество раз. Люди, гномы, орки — не имело значения. Стоило жертве поверить, что именно она контролирует ситуацию, как осторожность начинала стремительно угасать. Именно в этот момент чаще всего и проливалась кровь.
— Да, я понял, — я сделал ещё один шаг и замер.