Он медленно поднялся с кресла. Прежде чем сойти с помоста к центру зала, бородач дождался кивка Морвика.
Весь последующий спич гнома свёлся к одной простой, но чертовски опасной мысли. Он яростно напирал на абсолютную смехотворность обвинений в целом и на полное ничтожество озвучивших их персон в частности. По его словам, ни безродному человеку, ни тупоголовому орку не могло быть веры априори.
— Посмотрите на них! — гремел на весь зал гном, указывая на нас рукой. — Да они сейчас родными братьями друг друга назовут и в любви поклянутся, лишь бы спасти свои шкуры! Они наплетут вам любые бредни про Плеть, про заговоры, да хоть про падение неба, лишь бы их поганые головы не насадили на пики, как совершенно справедливо обещал достопочтенный Морвик.
— Мы услышали вашу позицию, — крысолюд небрежным жестом велел гному вернуться на своё место. — Теперь послушаем, что скажет подсудимый.
Орк шумно вздохнул, когда на нём скрестились все взгляды присутствующих в зале.
— Гном нанимать. Я обещать убивать человек, — глухо выдавил из себя Гулард.
— Ничтожество! — не выдержал старейшина орков, и его кулак с грохотом опустился на судейский стол. — Ложиться под гном! Позор!
— Как я и говорил, — торжествующе хлопнул в ладоши гном, даже не пытаясь скрыть превосходства. — Они теперь выгораживают друг друга. Но это пустые слова пары преступников, не более.
— Не лечь! Не продаться! — взревел от обиды Гулард, подавшись вперёд. — Гном обещать возвращать доспех Муат’Та!
— Муат’Та? — резко переспросил старший орк.
Выражение его серокожей морды мгновенно изменилось. Былая ярость сменилась крайним замешательством, старейшина явно оказался сбит с толку услышанным именем.
— Да! — неистово закивал Гулард. — Гном показывать наруч. Обещать доспех. Весь доспех!
— Теперь вы видите? — снова вмешались гномы. — Это всё глупые выдумки. В детских сказках и то больше правды.
Из вспыхнувшего следом яростного спора я узнал, кто же такая эта Муат’Та. Оказалось, она была легендарной орчанкой-воительницей, чьё воинское мастерство в своё время признал сам Даран Бха Абил — величайший гномий кузнец. Он совершил немыслимое для своего народа и выковал специально для серокожей воительницы полные доспехи по секретному старинному рецепту его древнего рода.
Та приняла бесценный дар и честно откликнулась на зов, когда Гора покарала гномов, забравшихся слишком глубоко в её запретные недра.
— Зло, что вырвалось тогда наружу, забрало многих доблестных проходчиков, — скорбным голосом вещал тем временем гном, искусно играя на публику. — Муат’Та тоже не вернулась из того рокового похода. Её великие доспехи утеряны в глубинах. Это каждому известно. Тому были десятки свидетелей! И если вы действительно чтите память своей героини, то не позволите этим отбросам, — он с брезгливо с презрением кивнул на нас с орком, — марать её славное имя своим трусливым враньём!
— Видеть наруч свой глаза! Настоящий! — Гулард хрипел от бессильной ярости и, казалось, был готов прямо сейчас вцепиться гному в глотку, наплевав на стражу.
Вот теперь я просто не смог сдержаться. Тихий смешок сорвался с моих губ.
— Что тебя рассмешило, гоблин-человек? — заговорил драконид, до этого момента безучастно наблюдавший за перепалкой.
Я поднял голову, встречаясь с ним взглядом, и уверенно произнёс:
— Я только что всё понял. Вообще всё!
Глава 13
Дверь в конце коридора отворилась со знакомым, раздражающим скрежетом, который эхом разнёсся по этажу.
Я даже не повернул головы, продолжая неподвижно сидеть в углу своей камеры.
Но в этот раз шаги, последовавшие за этим, заставили меня насторожиться. Размеренный стук подкованных железом сапог перемежался с характерным, едва слышным шарканьем и отчётливым цоканьем копыта по граниту.
Старик пришёл. А вместе с ним и Полуухий.
Я прервал медитацию и медленно поднял глаза, сквозь частокол железных прутьев разглядывая приближающихся гоблинов. Зуг’Гал, как обычно, шёл сгорбившись, натянув глубокий капюшон своего поношенного балахона почти до самого носа. Но не наставник привлёк моё внимание. Чуть позади него, едва ли не приплясывая от нетерпения, плёлся Арах.
И по тому, насколько счастливым и сияющим выглядел Полуухий, я мгновенно понял — мои дела плохи. Из рук вон плохо.
Казалось бы, ещё совсем недавно там, на дне каменного колодца, я совершил невозможное. Я сумел перевернуть ситуацию с ног на голову, и буквально обернул всё против гномов, оборвав их попытку избавиться от меня и заодно загнать орков в долги.