Я смотрел на него и удивлялся его спокойствию.
— Что ты на меня так вылупился? — старик с подозрением прищурился, уставившись на меня.
— Ну… — протянул я, сомневаясь, стоит ли говорить правду.
— Давай уже, не тяни, Менос, говори. Не хочу, чтоб вы опять с Арахом начали перешёптываться. Ваше шушуканье сводит меня с ума.
— Просто… Просто вы… — я всё-таки решился и сказал прямо, как есть. — Вы разве не думаете преследовать орка?
— Преследовать отступника? — глаза гоблина округлились.
Я понял, что только что сказал несусветную глупость, которую за всё время нашего знакомства наставник ещё от меня не слышал.
— Тебя удивляет, что я, исчерпав существенную часть магического резерва, вместе с парой измученных учеников, один из которых едва успел открыть глаза после магического истощения, не планирую броситься в погоню за раненым орком-отступником в другое измерение?
— Нет, если так говорить, то, конечно, звучит не очень, — я решил не признавать свою неправоту и попытаться немного сгладить углы, иначе старик ещё очень долго будет припоминать мне это при каждом удобном случае. — Вы же не махнули рукой и всё-таки выслеживали химеру, даже зная, насколько она опасна. И отступились только когда…
Тут я запнулся, не зная, как лучше выразиться. Любое неверное слово грозило не на шутку разозлить старика. Гоблин раздражённо цыкнул и сам закончил вместо меня:
— Менос, ошибки не совершают только те, кто ничего не делает. Я не всегда признаю, что совершил промах, — он выдержал небольшую паузу, переводя взгляд с меня на Араха и обратно. — Но я всегда учусь на своих ошибках и делаю выводы, нэк.
— Но напасть на Плеть…
— Да, — перебил он меня. — Это не помешало мне напасть на Плеть. Но то решение я принял, исходя из того, что мы были отдохнувшими, и на нашей стороне было сразу десять Высших гномов, плюс какой-никакой эффект неожиданности.
Да, с этим трудно было поспорить. Я сам видел вблизи удивлённое выражение на морде орка, когда кинулся на него в первый раз. Тот явно не ожидал, что мы останемся и влезем в сражение вместо того, чтобы попытаться сбежать.
— Ты ещё слишком молод и многого не понимаешь, нэк, — продолжил старик, дождавшись, пока Арах подкинет веток в костёр и те немного прогорят, чтобы треск пламени стал тише. — Запомни, и ты тоже, Арах, нужно уметь вовремя остановиться. Как бы того ни хотелось, нужно учиться признавать неудачи. Иначе по глупости можно вывернуть ситуацию и сделать всё ещё хуже, чем было изначально. Я знаю, о чём ты думаешь, — старик посмотрел на меня. — Да, мы вымотаны, но ведь и орк тоже. А учитывая, что ты собственноручно его неплохо порубил, он находится в куда менее выгодной позиции.
— К тому же, даже если волки его и не прикончили, то всё равно прилично потрепали. Так, может, и правда стоит попробовать добить его? — неожиданно в разговор влез Арах.
Наставник замолчал и не меньше минуты молча смотрел на него, прежде чем заговорить:
— Арах, иногда меня поражает то, как ты умудряешься скакать из крайности в крайность. Иногда ты слишком труслив даже для гоблина, нэк. А иногда, там, где наоборот нужно прислушаться к своей трусости, ты слишком туп, чтобы это сделать. Первое…
Старик принялся загибать пальцы:
— Мы понятия не имеем, куда именно приведёт нас проход в теневое измерение, открытый Меносом. Или ты уже освоил стихию настолько, что можешь точно сказать, куда ведёт «дверь»? — обратился он ко мне.
— Нет, но разве проход не откроется на второй этаж башни, где было логово волков? Вы же сами говорили, что если волки решат уйти, то…
— Да, я помню, что говорил. И это правда. Если волки решат покинуть это место и сменить охотничьи угодья, то связь с тобой они потеряют. Но, Менос, речь ведь была о том, если звери уйдут действительно далеко от того места, где ты оставил лазейку в наш мир.
— Если честно, не совсем понимаю, что вы имеете в виду.
— Кто бы сомневался, — вздохнул старик. — Ты тоже ничего не понял? — он обернулся к Араху.
Гоблин вжал голову в плечи и понурившись кивнул.
— И что мне с вами делать? Как вас, балбесов, учить? Ума не приложу. Дайте подумать, как же так объяснить, чтобы даже бестолочи вроде вас всё поняли.
Некоторое время старый гоблин сидел, глядя на пламя костра. Он молчал и лишь беззвучно жевал губами. Пока он размышлял, Арах принялся свежевать принесённого из лесу зайца, не боясь, что пропустит что-то важное. Когда мясо, нанизанное на прутья, зашкворчало и на угли начали с шипением падать капли жира, старик наконец заговорил:
— Смотрите. Есть два мира, наш и теневой план, между которыми Менос может открывать проход. Но это не обычная дверь в привычном смысле, которая располагается в стене, разгораживающей наши миры, и всегда остаётся на одном и том же месте. Перейти в теневой план — это не то же самое, что открыть дверь и войти в здание сегодня, завтра или через несколько лун, точно зная, где находится вход и куда он ведёт. Нет, при переходе между мирами всё устроено иначе.