— Волки ведь не лезут из твоей тени сами по себе, — Арах, видимо, решил исправиться в глазах учителя и показать, что тоже умеет размышлять логически. — Значит, и Плеть не сможет использовать твою связь с миром теней, чтобы выскочить у нас за спиной.
— Всё так, — покивал наставник и сразу же, нахмурив брови, погрозил мне пальцем. — Хорошо, что напомнили. Не вздумай в ближайшее время проход в мир теней открывать. Мало ли что у орка на уме. С этого станется, чтобы сидеть и поджидать пока снова «дверцу» не приоткроешь, нэк.
— Менос, — позвал меня Полуухий. — Менос! Почему твой меч светится?
Глава 3
Ножны были неплотно закрыты и из образовавшейся щели пробивалось пульсирующее свечение.
Я осторожно вытащил клинок из ножен.
Мерцала руническая вязь, как и тогда, когда я впервые взял этот клинок в руки. Однако совсем не понятно, по какому принципу загорались символы и что это означало.
В тот раз всё случилось в моих руках, сейчас же меч вообще никто не трогал.
— Учитель, — обратился я к старику. — Что это значит?
Зуг’Гал высморкался, шмыгнул носом и закинул в рот горсть невесть откуда взявшихся ягод.
— И что ты от меня хочешь услышать, Менос? Говорил ведь уже, что хоть я и Высший, нэк, но я шаман, а не рунный кузнец или ремесленник. С такими вопросами тебе прямая дорога к одному из них. А ещё лучше сразу обратиться к мастеру над артефактами. Этот наверняка в разы больше других расскажет о твоём новом оружии.
— Это понятно, — протянул я, пряча меч обратно в ножны. — Вот только когда это ещё будет.
— Как до города доберёмся, так и будет. Там кто-нибудь из этой братии обязательно найдётся.
— Слушай, — подал голос Полуухий, — а зачем ждать до города? Это же ещё сколько топать. Отойди чуть подальше и просто проверь возможности меча, нэк.
— О как, — крякнул наставник и уставился на меня.
— Раз ты такой умный, то сам и проверь, — предложил я.
Арах тут же отпрянул, замахав руками так активно, будто я протягивал ему не меч, а ядовитую змею.
— Нет, нет! — он затряс головой, едва не свалившись с поваленного ствола. — Твой меч, тебе и проверять.
— Чего так? — я усмехнулся.
Гоблин мне не ответил.
Впрочем ответ мне и без того был известен. Рискованно использовать артефакт, принцип действия которого тебе неизвестен. Можно запросто отправиться к праотцам.
— Хоть на это у вас мозгов хватает, — вставил слово учитель. — Скорее всего, меч обладает некой дистанционной атакой направленного действия. Но вовсе не факт, нэк.
Старик сузил глаза, рассматривая пульсацию света на лезвии.
— В таких игрушках магия может вести себя очень непредсказуемо. Может вдарить вообще по всем, кто рядом. Или, что ещё веселее, по самому хозяину, если тот не сможет удержать поток.
— Ага, — я убрал клинок обратно в ножны. — Это если он атакующее свойство приобрёл. Могло ведь случиться и такое, что неизвестный артефактор, создавший это оружие, наделил его совсем иными свойствами.
— Тоже верно, — вновь согласился со мной учитель. — Это может быть и магия поддержки. Как вариант — передача своей жизненной силы или подпитка магического резерва союзника за счёт собственного.
Он многозначительно посмотрел на мои дрожащие руки.
— Как раз самое то для тебя в нынешнем состоянии. Мигом снова уснёшь. Только на этот раз рискуешь уже никогда не проснуться.
Собственно потому я и не предпринимал самостоятельных попыток познать силу меча. Хотя было не только жутко интересно, но и усиление мне бы точно не помешало.
— Менос, меч рубит?
— Рубит.
— Вот и руби им, если понадобится. А сейчас не забивай голову тем, что не в твоей власти, нэк, — отрезал старик.
— Может он отпил жизненной силы орка? — Арах не оставил попыток и продолжил меня подначивать, чтобы я воспользовался мечом.
— А может наоборот просит своей поделиться? Но я слишком устал, ещё не восстановился, так что это должен быть кто-то другой… — я дал понять гоблину, что если он не готов лично взять проверку в свои руки, то ему стоит завязывать.
Перекинувшись ещё парой ничего не значащих фраз, пришли к выводу, что самое вероятное — сейчас мерцание меча было связано с постепенной утратой накопленного заряда. Но и только, не имея иных зацепок, до чего-то большего додуматься не вышло. Хотя и это оставалось не более чем ничем не подкреплённой догадкой.
Дальше ели молча. Каждый думал о чём-то своём.
Мясо было немного жёстким и отдавало горечью из-за соснового дыма, но сейчас оно казалось лучшим деликатесом на свете. Даже без соли оно было в разы вкуснее всего того, чем мы питались последнее время.