Не дождавшись ответа, Золид разжал пальцы. Он сделал это с нескрываемой брезгливостью, словно держал не сына вождя, а грязную тряпку.
Драал мешком рухнул на подстилки. Орк скрючился, хватаясь за горло обеими руками, и надрывно, со свистом втягивал воздух, пытаясь наполнить горящие лёгкие.
— Отец… с тебя шкуру… — выдавил он между приступами кашля. Из глаз орка текли злые слёзы унижения.
Золид замер. Внезапно его накрыло странное чувство дежавю.
Совсем недавно его рука сжимала горло человека. Тот был слабее и меньше, он точно так же задыхался… но в его взгляде не было этого жалкого животного страха. Гоблинский приёмыш смотрел в глаза самой смерти с холодной решимостью. Он не звал никого на помощь и никем не прикрывался.
Хотя повадками человек напоминал своих учителей. Чего стоила гнусная выходка, когда он пригрозил осквернить родовой клинок орка. Грязно и подло… но он выглядел куда достойнее чем сейчас Драал.
Язык шамана невольно скользнул по десне, нащупывая острый, рваный край обломанного клыка.
Золид опустил взгляд вниз. У его ног, в луже собственной слюны, извивался наследник великого клана. Скулящий, сломленный и ничтожный.
Шаман гулко, раскатисто расхохотался. Смех заполнил шатёр.
Золид шагнул вперёд и с размаху опустил тяжёлый сапог на грудь лежащего Драала, вдавливая того в шкуры.
— У тебя есть младший брат, — произнёс он, с наслаждением наблюдая, как расширяются зрачки Драала. — Род вождя не прервётся с твоей смертью. Ты меня понял?
— Я… я всё… сделаю… — прохрипел орк, когда наконец понял, что старику плевать, чья кровь течёт в его венах.
Золид убрал ногу и отвернулся, теряя к собеседнику всякий интерес.
— Принеси мне голову гоблина. И верни, наконец, своё оружие.
Отдышавшись и прокрутив произошедшее в голове несколько раз, сын вождя осознал, что старик не шутил и озвучил не пустые угрозы. Золид был фанатиком, преданным клану, а не его отцу. Если потребуется, он без колебаний перережет глотку «бракованному» наследнику и посадит на место вождя его мелкого брата.
Угроза была реальной.
Орк скрипнул зубами. Он этого не забудет и не простит. Запомнит оскорбления и грязный сапог шамана на своей груди. Но счёт наглому старику предъявит позже. Сейчас же Драалу придётся подчиниться.
Выйдя из шатра, он рявкнул, подзывая Гхора — десятника, которому доверял чуть больше, чем остальным. Тот возник перед командиром мгновенно.
— Слушай меня внимательно, — прохрипел орк, склоняясь к уху подчинённого.
Драал распорядился приставить к стоянке гоблинов из Гнилой Рыбы соглядатаев. Нужно было подстраховаться, на случай, если те решат сбежать. Хотя, так было бы даже лучше. Ведь поймав беглецов вне лагеря, орку не придётся спешить и осторожничать. Тогда он сможет сполна насладиться их смертями.
Представив, как сдирает с них шкуру живьём, орк хищно усмехнулся.
Зуг’Гал не стал терять времени. Едва приняли решение бежать, он развернулся к Полуухому.
— Найди нам двух лошадей, нэк.
Арах, который только начал приходить в себя, замер. Он захлопал глазами, а его лицо вытянулось в гримасе искреннего непонимания.
— Как? — только и смог выдавить он.
— Купи, выменяй, укради, но добудь нам транспорт, Арах! — рявкнул шаман, теряя терпение. — Ты гоблин или кто? Или ты хочешь тащить поклажу на своём горбу через всю пустошь, нэк?
Арах затравленно скосил глаза на меня, явно собираясь спихнуть поручение.
— Может, пусть Менос…
— Идиот! — тут же осадил его старик. — Кто в здравом уме сейчас станет договариваться с человеком? Он только лишнее внимание привлечёт, нэк.
— Но у меня почти нет денег, наставник, — понуро произнёс Арах, окончательно смирившись с судьбой. Он похлопал себя по тощему боку. — Ни единого серебряного орла. Всего восемь медных воронов, да и те почти стёртые. За такое даже дохлого мула не дадут.
— Возьми мой, — нервно цыкнул Зуг’Гал и швырнул ему тяжёлый кожаный кошель.
Арах ловко поймал его в воздухе. Внутри глухо и приятно звякнуло.
— Мало будет монет, тогда пусти в ход это, — шаман пнул в сторону ученика небольшую шкатулку с амулетами. — Костяные обереги, сушёные пальцы, заговорённые камни… бери сколько нужно.
Полуухий ушёл озадаченным, прижимая сокровище к груди. Его можно было понять. Задание граничило с безумием. Многих ездовых животных задрали и сожрали жуки. И большую часть уцелевших сейчас забирали с собой сотники. А за теми жалкими клячами, что остались в обозе, будут смотреть в оба глаза.