Во фразе содержалось куда больше насмешки, чем озорства, и Саня понял, что предложенное развлечение вряд ли обернётся приятным времяпрепровождением для него самого.
Дни понеслись вереницей, загрузив делами и сбавив напряжение. Тренировки вошли в ежедневный ритм. Изматывающая поначалу, со временем нагрузка стала привычной. И даже начала приносить удовольствие. Месяц спустя, взглянув на себя в зеркало, Санька удивлённо обнаружил, что тело подтянулось и окрепло. Мышцы обрели форму и плотность.
Поначалу вполне благосклонно взирая на Санькин аппетит, Мрак постепенно приучал его и к системе питания, поясняя, как именно выстроить рацион, чтобы помочь телу переносить нагрузку. Алкоголь теперь тоже ограничивался, но Санька не испытывал неудобств по этому поводу: страсти к увеселительным напиткам он никогда не питал, скорее, пил за компанию. Тем более что результаты стоили всех ограничений. Выдумал Мрак вампиров или нет, а научился Санька уже многому.
Через пять недель Мрак начал обучать его обращению с мечом, и Саня включился в тренировки с искренним интересом. Вес оружия в руке доставлял ему удовольствие. Как позабытое воспоминание. Как светлая тоска по приятному прошлому. Теперь Санька с нетерпением ждал утра, чтобы отправиться в зал.
После завершения вводного курса обучения, нацеленного на подготовку к настоящей нагрузке, Мрак повёз его в спортивный комплекс, где наёмники сообща арендовали зал. Санька не слишком влезал во внутренние дела, но подозревал, что без связей тут не обошлось. Помещение имело отдельный выход, и с посетителями они не пересекались. Даже стоянка была отдельной. Существовал так же и выход для персонала с оборудованной рядом курилкой, но и там Саня ни разу никого не встретил. Их словно старательно избегали.
Просторный зал, оборудованный по последнему слову техники, отдельные раздевалки с современными душевыми, чистота, удобство, уединённость… Санька не хотел думать о том, во сколько обошлось такое богатство в материальном и не только эквиваленте. По словам Мрака, здесь тренировалась вся их компания, деля время между собой.
В зале, конечно, было удобнее, чем в подвале дома. В стойках у стены хранились мечи: тренировочные, отличавшиеся от боевых только отсутствием заточки. Рядом лежали разномастные ножи. В первое посещение Мрак предложил ему осмотреться и с интересом наблюдал, как Санька примеривается к оружию, перебирая клинки по одному.
— У меня нет оснований тебе не верить, — подытожил наёмник, — но меня не оставляет ощущение, что ты, всё же, где-то учился.
— Только если во сне, — отшутился Саня.
Он и сам чувствовал себя странно. Ему нравилось работать с холодным оружием. Ощущение тяжести в руке было привычным и правильным. Гармоничным. И ложился в ладонь клинок легко и удобно. Санька внимательно выслушал объяснения Мрака насчет положения тела, базовых стоек, и весьма сносно воспроизвёл упражнение. Наёмник прокомментировал ошибки, поправил, похвалил. Но хмурая задумчивость не оставляла его на протяжении нескольких тренировок.
В конце второго месяца обучения Мрак вечером спустился вниз, застав Саню в гостиной. Поездки в «Тыкву» не планировалось, и Санька решил предаться безделью, уделив время разрекламированному боевику. Но Мрак, опустившись в кресло, привлёк его внимание жестом. Саня послушно выключил телевизор и продемонстрировал внимание.
— Я так понимаю, за эти два месяца мы таки пришли к соглашению? — спросил Мрак, хитро прищурившись.
— В чём именно?
— В твоём обучении. Бежать передумал?
— Передумал, — согласно кивнул Санька. — Мне нравится то, чему ты меня учишь.
Он легко ответил и сам ужаснулся тому, насколько правдивы оказались слова. Нет, Саня ничего не забыл. И по-прежнему держался настороже. Но тревога постепенно сглаживалась, успокоенная ровным и комфортным общением с Мраком. Новая жизнь вкрадчиво затягивала. Тренировки приносили удовольствие. Посиделки в «Тыкве» стали приятными и уютными. Наравне, конечно, Саньку не принимали. И в разговорах он почти не участвовал. Но потихоньку начал смеяться над шутками Красавчика, улыбаться в ответ на взгляд Леди, погружаться в обсуждавшиеся при нём темы.
Агрессии Мрак не проявлял. Разве что, за ошибки на тренировках ругал в своей саркастичной манере. Но Саня понимал, что за издёвками кроется не желание унизить, а попытка разозлить, раззадорить, добавить азарта и энергии. Вывести из равновесия. И не обижался. Мрак искренне переживал его успехи и провалы. Вкладывался в обучение полностью. И Санька, изо всех сил старавшийся усыпить бдительность наёмника, похоже, усыпил свою.