— Это место — город Кассафорте — моя родина. Родина многих из вас. Я знаю, что мы, пираты, без страны. Мы не отвечаем перед королем, графом, советником. Мы слушаемся своего сердца и своей чести, — он оглядел собравшихся. Лица были уже ему знакомыми. — Я попрошу у вас не то, что попросил бы капитан Кси. Это не попросил бы Макака, если бы вы смогли оттащить его от карт, — старый экипаж Макаки рассмеялся от этой шутки. — Нет, я прошу то, что куда опаснее. Люди там — пираты, которым платит граф Дюмонд, и они подожгли гавань этой страны смертельным оружием. Думаю, они хотят ослабить страну, чтобы она не смогла защититься от военных кораблей, которых мы видели в гавани Галлины, — от упоминания об оружии люди Макаки покачали головами и стали жестами прогонять злых духов. Никто в труппе Артуро не знал, о чем говорил Ник, для Кассафорте это было чужим. — Военные корабли Кассафорте горят. Они не могут защититься от этих разбойников. Но мы можем помочь, — говорить громко среди шума воды и ветра было тяжелее, чем он думал. Ник вдруг ощутил уважение к Артуро, которые часто боролись с шумной толпой. Он притих и глубоко вдохнул. — Я знаю, что необычно просить пиратов прийти на помощь стране. Это нетрадиционно, да. Но в этом честь, и я не могу отвернуться от своей родины. Любому, кто захочет помочь, я буду благодарен. Любой, кто не хочет помогать, может уйти под палубу. Я не буду о вас плохо думать.
Шепот перевода утих после слов Ника. Он указал на люк ближе всего к экипажу. Головы повернулись, чтобы увидеть, кто уйдет, но никто не шевелился.
Ник выждал и кивнул. Было сложно не улыбаться, и он позволил себе сделать это.
— Спасибо, друзья.
Максл рядом с ним поднял кулак в воздух.
— Мы трусы? — проревел он как лев, тряся гривой волос. — Или мы — короли пиратов?
— Мы — пираты! — громко закричали Артуро. Во второй раз к ним присоединились Чудо-ребенок, Инжиния и остальная труппа. — Мы — пираты! — на третьем крике вопили и многие другие. Ник смотрел только на Дарси. Ее заплаканное лицо сияло, пока она смотрела снизу. — Мы — пираты! — они снова и снова скандировали два слова как можно громче, даже те, кто не говорил на языке. Они ценили эмоции. — Мы — пираты! Мы — пираты!
— Помощник Максл, — закричал Ник, звеня в колокол, отправляя экипаж на их места. — Разворачивай корабль.
О той ночи рассказывали многое, запутались даже те, кто там были. Историки пытались разобрать истории моряков, видевших бой — истории рассказывали в тавернах за элем — и приходили к разным выводам. Некоторые говорили, что «Глупость Маартена» устремилась к кораблям, горящие на окраине Казы Буночио, спасали тех, кто был в воде, а потом повернул на восток, чтобы прогнать врагов из южного порта. Другие говорили о капитане галеона с сияющим мечом и жаждой мести, который напал на куттеры пиратов с поразительной точностью и отправил их в водную могилу. Некоторые говорили, что галеон от Казы Буночио отправился к Казе Портелло, разбивая пиратские корабли на щепки. Говорили, что галеон обогнул город от инсулы Кающихся Лены на востоке до инсулы Детей Муро на западе, остановившись под аплодисменты толпы.
На самом деле было так.
Многие беженцы тонули в водах Лазурного моря вокруг Кассафорте. Некоторые выпрыгнули из горящих военных кораблей, но еще больше пытались забрать свои рыбацкие и торговые корабли подальше от огня, но их накрыло волнами. Их было сложно спасти, не останавливаясь, и было еще сложнее бросить. Коломбо предложили спустить невод с левого борта. По периметру были привязаны мешки с воздухом, которые позволяли сети плыть, и сильные пловцы могли выброситься на сеть, держаться и, несмотря на скорость корабля, забраться на палубу. Дарси, синьора и Пульчинелла помогали жертвам. Многие злились на напавших и были умелыми моряками, так что начинали править парусами и носить то, что приказывал Максл, из трюма. Те, у кого не было опыта, помогали другим выжившим выбраться, и людей на палубе становилось все больше.
Верно, что галеон уничтожил многие корабли пиратов одним ударом, хотя это было удачей или феноменом. Ник не мог точно сказать. Четыре небольших судна собрались вместе на юге от Казы Буночио, чтобы обменяться горючим веществом и тряпками для своего оружия. Они не увидели почерневший галеон, движущийся к ним, не услышали вопль капитана, когда он крикнул поднять невод и расправить паруса. Ник крутил штурвал, разворачивая резко галеон. Он доверял инстинктам и пению корабля под его ногами.