— Я говорила, что свин Филиппо пожалеет, что звал меня третьесортной актрисой, — сказала радостно синьора.
— Вы — все еще Герой, синьор? — спросил Ник с улыбкой.
Актер смутился.
— Еще год или два. И зрители Орсины захотят увидеть Арманда Артуро в роли, сделавшей его знаменитым, да?
— Мы не добрались до места назначения из-за пиратов и осады, — сказала синьора, целуя щенков по очереди, — но мы теперь знамениты! Они хотят, чтобы мы отправились в международный тур! — сказала она казарро.
— Скорее! — кричал Максл у трапа, расставив ноги в больших сапогах. Он хорошо питался и выглядел уже не таким худым, а даже красивым. Его синее лицо сияло при виде труппы. — Ты! — крикнул он, указывая на Хвастуна. — Выглядишь сильным. Тебя прислали мне в помощники? Будешь мыть палубу? Мы привяжем веревку к твоему поясу и отправим ловить рыбу в море на ужин? Да?
— Я? — пискнул Хвастун, вдруг пожалев, что покинул «Кавалькаду комедий».
— Да, ты, актер. Да шучу я. Акула съела бы тебя в два укуса. Ха! Ха! — Максл замер, когда Инжиния замерла рядом с ним.
— Здравствуй, Максл, — она робко хлопала ресницами. — Рада снова тебя видеть.
Теперь она была чистой и нарядной, и Макслу было сложно игнорировать очарование Инжинии. Он сглотнул и пригладил волосы, собранные в длинный хвост.
— Oola, мисс, — прошептал он.
— Вежливо, — Ник хлопнул его по плечу. Максл скривился. — Очень вежливо, друг мой. Отправишь ребят помочь Артуро с их вещами? Нужно добраться до порта к концу недели.
Максл свистнул, и несколько мужчин и женщин казы Пиратимаре прибыли. Они спустились по трапу и принялись таскать вещи Артуро. Инжиния прилипла к боку Максла, пока он направлял экипаж. Наконец, они погрузились на «Аллирию».
— Не задерживайся, Никколо, — проворковала синьора. — Арманд работал над моей драмой о Занне Охотнице в пять актов, и я хочу обсудить с тобой пару идей. Ты в таком разбираешься. Казарро, — она повернулась и склонилась перед Янно Пиратимаре. Ник почти забыл, что он еще не ушел.
— Поразительная женщина, — казарро покачал головой, глядя, как она пытается пройти в широкой юбке по траву. — У тебя талант, Никколо, окружать себя невероятными личностями.
Такого от казарро услышать Ник точно не ожидал. Он фыркнул.
— Это было проклятием, — сказал он. — А оказалось благословением.
— Не пойми превратно. Они все хорошие. Интересные. Но… странные.
Дарси сказала казарро:
— Не переживайте. Я не милая и интересная, синьор. Я считаю себя счастливым исключением.
Янно залепетал, пытаясь вежливо возразить, но Ник согласился:
— Да, она не очень милая. Вспыльчивая.
Дарси скривилась и кивнула.
— Я так и не показала тебе, как правильно закатывать истерики?
— И у нее проблемы с жестокой стороной, — Ник тепло посмотрел на Дарси и взял ее за руку.
— И ударами по голове, — она переплела пальцы с его. — Всегда бью по голове.
Янно Пиратимаре смотрел на них по очереди, не зная, шутили ли они.
— Да. Не буду мешать отправлению, капитан, — он замер, задумался на миг и поклонился. — Хорошего пути.
Может, доброта тронула его, может, настроение момента, но Ник вдруг обнял казарро. Янно не мог решить, что делать, а Ник крепко сжал его на миг и похлопал между лопаток.
— Благодарю еще раз за щедрость, казарро, — сказал он, отпуская его. Он снова взял Дарси за руку. — Увидимся, когда я вернусь.
Казарро ушел с радостным видом.
— Спасибо, — сказала Дарси, когда они прошли на «Аллирию». Несколько работников Пиратимаре внизу убрали трап.
— За что? — спросил Ник.
— За то, что был с ним добр.
— Ах, — Ник кивнул. — Ты права. Это мне ничего не стоило.
— Верно, — Дарси смотрела, как работники прикрывали глаза от солнца и махали им. Она махала в ответ свободной руке. — Он сказал мне, что самая младшая из его дочерей убежала.
— Дарси, — Ник потянул ее за руку. — Хватит.
— Я о том, что у него осталась отцовская забота, которую он не смог выразить! Потому он относится к тебе как к сыну, которого у него не было, — Ник покачал головой, не хотел обсуждать тему. Они стояли у перил и слушали стук молотков, молчали пару мгновений. — Ты будешь скучать по этому?
— По чему? — спросил Ник, хотя знал, о чем она.
— Кассафорте. Все это. Ты только вернулся домой.