Корабли вышли в Материум, и Орион пошатнулся от мощи Разлома. Такой силы он ещё не видел. Он был недалеко от Разлома лишь однажды, когда на Акаттане ковал свой меч, но вблизи эта мощь оказалась куда больше. Близость Разлома и вдобавок Ока Ужаса делали варп настолько неспокойным, что Ориону приходилось напрягать все свои силы, дабы ослабить их воздействие в лице сильной головной боли. Примарх повернулся к ученику:
— Идём. Нам пора. Высадка будет жёсткой, но ты справишься. Выпей, поможет. — Робаут протянул ему какую-то колбу с непонятным содержимым.
Орион выпил и почувствовал, как головная боль медленно отступает. Что это за вещество? Вопрос сорвался с языка прежде, чем он что-то успел сообразить.
Робаут усмехнулся:
— Обычное обезболивающее, не переживай. Пошли.
Орион и Жиллиман вышли из мостика и явились в один из ангаров, где капитан Вентрис готовил свою роту к высадке. Робаут включил инфопланшет и построил роты космодесанта.
— Основные силы четвёртой и второй роты разместятся в Улее Гиперия, где был старый командный пункт Калгара. Резервы мы разместим в Сантифи-Ультима. Теоретически это позволит нам занять более выгодную позицию перед наступающими силами Чёрного Легиона, практически — они окажутся между нами и силами Кровавых Ангелов и Багровых Кулаков, что разместили свои силы в Кольце Пустоты. Таким образом мы сорвем атаку Воителя Хаоса с наименьшими потерями… — говорил Жиллиман.
Орион стоял и молчал, слушая план гениальных контратак. Он понимал, что Абаддон не выдержит такого натиска. Жиллиман каждым своим словом подписывал смертный приговор тысячам еретиков. Наконец продуманный на сто ходов план был завершён и Робаут обратился к Ультрамаринам:
— За мной, мои Сыны! За мной, Ультрамарины! В бой не на жизнь, а на смерть! День славы! День битвы! За Императора! Отвага и честь! — Жиллиман вынул клинок из ножен.
Ультрамарины эхом прокричали боевой клич их ордена. Уриэль перезарядил болтер, а Катон активировал силовое поле Клинка Бурь. Орион же окружил себя аурой света. Он воин Императора, его Аватар, ученик Примарха. Он должен сражаться за тех, кто ему дорог, должен стоять горой на пути ярости Хаоса, как его учитель. И он таким станет. Пусть он слеп, но он станет маяком света во тьме, окутавшей галактику.
Высадка началась…
***
— В атаку! В атаку! — прокричал Орион.
Две недели они уже удерживали Вигилус, постоянно нанося контрудары Абаддону. Прибытие Мстящего Сына и его ученика спутало все планы Тёмному Воителю.
Что касается Ориона, то каких только прозвищ ему не придумали за эти недели. Слепой Мечник, Ослепленный Воин, Зрячий Слепец… Особенно ему нравилось «Ослепленный Воин».
Орион поднял меч и зажёг огненный шар левой рукой. Самого ученика всего овеивал белый ореол, казалось, что он соткан из света. Он смог. Он стал настоящим маяком во тьме. Гвардейцы пошли за ним, и словно рука Императора вела их. Их и без того крепкий дух укрепился присутствием Ослепленного Воина. Гвардейцы открыли плотный огонь по еретикам. Лазеры пробивали их тела, оставляя после себя крупные дыры. Кровь неверных потекла на мостовые и обильно окропила их. Но это были всего лишь сектанты, за их спинами были космодесантники и демоны. Орион быстро прочёл заклинание и обрушил на врагов мощный огненный шторм. Космодесант Хаоса встал стеной на пути пламени, но оно было невероятно сильным. Огонь Анафемы плавил их броню и обжигал души проклятых, лишь их физиология и благословения Тёмных Богов помогали им держаться.
— Огонь из всех орудий! — прокричал Орион в вокс.
Артиллерия точно исполнила его приказ, обрушив на врагов человечества огненный дождь. Орион с наслаждением чувствовал, как демоны уходят в варп озлобленные и горящие жаждой мести, а еретики гибнут под этим ударом. Но это ещё не всё. Они продолжали наступать. Им было мало. Орион настроился на четвёртый вокс-канал:
— Пятая танковая дивизия — атакуйте в правый фланг. Артиллерия — ориентируйтесь по пущенной мной молнией. Огонь из всех калибров. Пехота, отправьте этих ублюдков в небытие! Вы солдаты Императора! Вы его молот! И вы не отступите! Огонь! — Гвардия Вигилуса в точности исполнила его приказы.
Орион запустил молнию в небеса. В десяти метрах над скоплением противника она взорвалась яркой вспышкой. И через две секунды раздался грохот. Артиллерия била из всех калибров, точность её залпов было трудно сравнить с чьей-либо ещё. Ибо артиллеристы знали, что стояло на кону. Жизни триллиардов людей в руках народа Вигилуса. И поэтому они должны сражаться. Сражаться и побеждать!
Танки пятой дивизии ворвались в строй противника, давя всех на своём пути. В авангарде шёл настоящий монстр — «Гибельный Клинок». Одиннадцать стволов пели песнь войны, воспевающую Императора, им вторили голоса орудий танков «Леман Русс». Это оперное пение пушек танков было сродни симфонии для души Ориона. Слышать, как в агонии орут враги человечества, как их кровь обильно течёт на землю, всё это радовало его душу.
Орион снова воззвал к своим силам и поразил электрическим разрядом Чёрного Легионера в упор. Удар был такой силы, что мгновенно остановил сердца космодесантника и тот рухнул, как подкошенный. Орион развернулся и накрыл ментальным щитом взвод Имперской Гвардии. После этого швырнул шар огня в стрелявших по гвардейцам. Подняв клинок, он ринулся в ближний бой. Используя свои силы, он предсказывал каждое движение врагов и отражал их удары. Крутанув клинком, он вспорол брюхо демону и отправил его в варп. Следующей атакой он дотла спалил другого.
И тут раздался боевой клич. Кхорнит Чёрного Легиона летел на него с высоко поднятым топором. Орион едва успел отскочить, но у кхорнита оказалась куда более быстрая реакция, чем у других. Схватив псайкера за глотку, он вбил его в песок.
— Кхе!.. — только и вырвалось из его уст.
Ублюдок душил ученика Примарха, но его планам не суждено было сбыться. Смазаной тенью кто-то пролетел к ним и сорвал кхорнита с ученика. Орион сдавленно закашлял и попытался встать, но обессилел. Бой снова измотал его, но на этот раз это объяснялось воздействием Разлома на псайкера.
— Говорил же тебе отдохнуть от битв, но ты, как всегда, — сказал до боли знакомый голос.
В следующую секунду раздался рёв прыжковых ранцев. На огненных крыльях Багровые Кулаки и Ультрамарины спустились с небес, окончательно срывая атаку Чёрного Легиона. Жиллиман сдавил глотку еретика Дланью Владычества и позвонки хрустнули. С презрением он отшвырнул труп в сторону. Жиллиман поднял меч Императора и ринулся на врагов человечества, а за клинком тянулся огненный шлейф. Примарх ворвался в их строй и всего одним ударом Перчатки сломал все рёбра колдуну Хаоса. Какой-то псих из кхорнитов решил забрать его череп, но топор лишь раскололся о Доспехи Судьбы. В ответ Жиллиман взмахнул мечом, и тело отделилось от ног, а душа сгорела в пламени клинка. Робаут поднял болтер и дал залп. Мощные болты прошибали насквозь тела врагов человечества, беспощадно убивая их. Атака сил Хаоса захлебнулась.
Орион всё же нашёл в себе силы подняться. Подобрав свой меч, он хотел было вернуться в бой, но возвращаться уже было не нужно. Бой окончен. Робаут подошёл к своему Ученику и молвил:
— Езжай в командный пункт. Поговорим там. — Ни слова больше не сказав, Жиллиман отвернулся.
Разлом влиял и на него, с каждым днём Робаут становился всё мрачнее и мрачнее. Лишь победа могла вернуть ему прежний оптимистический настрой. И никто не остановит Жиллимана на пути к ней…
***
— Ты принимаешь лекарство? — спросил Жиллиман, смотря на инфопланшет.
Ауспики непрерывно пищали, добывая всё больше информации, а Адмирал Спайр разговаривал по связи с Катоном.
Орион кивнул. Средство, которое дал ему Жиллиман, было единственным, что спасало его от мигрени. Даже техники исцеления на неё не действовали.
Робаут вздохнул и устало протёр глаза. Орион понимал всё без слов. Учитель полностью отдавал себя войне и не спал ни секунды, продолжая битву. Он устал. Влияние Разлома сказывалось на каждом, и Орион даже зауважал гвардейцев Вигилуса сильнее. Ведь они, подобно кадианцам, каждый день терпят этот ужас.