Однако, к удивлению Ориона, Робаут не стал успокаивать своего ученика или опровергать его мысли. Вместо этого он почувствовал, как психическое влияние вокруг Жиллимана возрастает, он проникал в его разум и смотрел воспоминания. Орион не стал мешать, полностью очистив сознание от ненужных мыслей. Жиллиман в изумлении наблюдал за боем в сознании Ориона. Это Сангвиний, сомнений не было. Робаут видел, что Ангел проигрывал. Хоть это и были сны его ученика, всё казалось слишком реалистичным. Вот Сангвиний оставляет вмятину на доспехе, вот он говорит: «Время пришло», после чего Хорус начинает его душить. Робаут вышел из сознания Ориона. Осознание того, что Ваальский Ангел, его возлюбленный брат, не нашёл покоя, давалось ему с трудом. Однако Робаут не мог точно это заявить, необходимо было всё взвесить.
— Возможно, это действительно происки демонов. Но мы не знаем наверняка, где душа Сангвиния. — Жиллиман почесал подбородок. — Если в тебе сила Императора, она могла пробудить его неупокоенный дух, возможно, он заперт на «Мстительном Духе». И если это так, то его фраза означает, что пришло время его освободить. Но, повторюсь, мы не можем знать наверняка. Идём со мной.
Робаут повёл своего ученика в «Носорог». Тот немедленно отвёз их в командный центр. Однако они не пошли в Стратегиум или же в размещённый Библиариум, Жиллиман отвёл ученика в свои апартаменты.
— Садись, — приказал он. Орион сел на колени, положив меч перед собой. Робаут сел напротив его, отложив свой клинок в сторону. — Чтобы понять природу твоих снов, мы попробуем следующее. Ты, медитируя, войдёшь в глубины своего подсознания и найдёшь это видение, вступишь с ним в контакт. Я буду с тобой на случай, если начнёшь падать во тьму.
— Хорошо, — ответил ученик и закрыл глаза.
Он начал погружение, глубже, дальше. Пред его взором проносились воспоминания одно за другим. Вот первый урок Робаута, вот лучшая ночь его жизни, первый бой с Искандаром, битва с Ангроном, история Ереси Хоруса… Нет. Это всё не то. Орион глубоко выдохнул и погрузился дальше в воспоминания, ища самое непохожее, самое далёкое и одновременно самое свежее. Ещё дальше. Испарина выступила на лбу Аватара Императора, так далеко в глубины своего подсознания он ещё не забирался. Воспоминания продолжали пролетать пред его внутренним взором, где-то в отдалении он слышал голос Робаута. Сначала спокойный, голос учителя постепенно становился всё более встревоженным. И чем дальше Орион погружался, тем тише в его голове звучал его голос. Но уже поздно было останавливаться, слишком далеко он зашёл, чтобы сдаться на полпути. Орион всегда доводил начатое до конца. Ещё глубже. Голос Робаута уже казался отдаленным эхом, но Орион полностью сосредоточился на поиске. Дальше, туда, во тьму, глубже и дальше, без страха, а лишь с желанием узнать правду. Стоп. Вот оно. Видение, что мучает его в ночи. Голос Робаута окончательно стих, оставляя его одного с видением. Страх. Липкий ужасный страх при взоре на двух примархов. Снова он видел, как Сангвиний разбивал доспех Хоруса. И снова эта фраза: «Время пришло». Но на этот раз он не выдержал. Прежде чем Сангвиний бросился в последнюю атаку, Орион пересилил страх и яростно заорал:
— Что всё это значит? Что значит — время пришло? Кто ты такой?! Демон, посмевший принять облик Ангела?! — Но вместо ответа на эти гневные обвинения последовала тёплая улыбка Ваальского Ангела. Он улыбался своей лучезарной, чистой улыбкой, будто бы он не из этого жестокого мира, а оттуда, где царит лишь добро.
Время словно застыло вокруг них, исчез «Мстительный Дух», исчез Хорус, исчез весь ужас видения. Был лишь он и Ангел, что всё так же улыбался. И когда Ангел расправил белоснежные крылья, тьма, что покрывала их, исчезла, вместо неё приходил покой.
— Орион! Вот ты где! — раздался голос, который окончательно изгнал из его души страх. Голос учителя. Робаут был здесь.
Орион обернулся и увидел Жиллимана. Но взор того был направлен уже не на ученика. Его шокированный взгляд был устремлен на дух брата. Словно зачарованный, Жиллиман сделал шаг, затем ещё, но остановился.
— Сангвиний? Это правда ты? — только и выдохнул Жиллиман. Тот самый. Такой же, с благородным взором, с лёгкой улыбкой на устах. Таким его знали все братья до и после Ереси. Ваальский Ангел был здесь, прямо сейчас и смотрел на брата.
— А я уже думал, что не догадаетесь, — наконец сказал Ангел, сбросив оцепенение с лиц брата и его ученика. — Я рад видеть тебя, Робаут. И с тобой, Орион, мне тоже приятно познакомиться. Нам нужно о многом поговорить…
========== Штурм «Мстительного Духа» ==========
— Орион! Лорд Жиллиман! Очнитесь! — Сикарий как мог сдерживал свои эмоции, но даже у капитана второй роты был свой предел.
Оба, и примарх, и его ученик, не выходили из медитативного сна уже больше суток. Тигурий же к этому спокойно отнесся, говоря, что они опустились в глубины своего подсознания с какой-то определённой целью, но какова была цель — этого он, увы, не знал. Или знал, но по какой-то причине не говорил. Так или иначе, Робаут и Орион были сейчас недосягаемы для остальных.
Сикарий начал мерить шагами комнату. За сутки их отсутствия им удалось закрепить свой успех, истребив несколько оставшихся группировок и дав Медным Когтям время на перегруппировку, но была и плохая новость. «Мстительный Дух» снова вступил в бой на орбите планеты, это означало только одно — Абаддон вот-вот возглавит свои войска лично, а среди командиров войск, кроме Жиллимана, никто ему противостоять не мог. Внезапно Жиллиман сдавленно выдохнул, но тут же выровнял дыхание.
— Сикарий, хватит мерить шагами комнату. Лучше доложи обстановку, — сказал он капитану. Катон облегчённо выдохнул. Следом за Жиллиманом очнулся и Орион. От капитана не укрылось, что он вёл себя странно — выражение его лица так и говорило об этом. Как будто на него снизошло некое озарение. Робаут вновь обратился к Катону: — Хотя нет, вызови сюда, в Стратегиум, капитана Макиави, капитана Торреса и магистра Каула Энгентра. Это срочно, дело, по которому я их вызываю, не требует отлагательств.
— Милорд, что происходит? — спросил Катон.
— Мы будем брать штурмом «Мстительный Дух», — ответил Робаут, и Катон помрачнел. «Мстительный Дух», главный корабль флота Чёрного Легиона, линкор класса «Глориан», такому один на один мог противостоять лишь один из кораблей флота Империума на орбите Вигилуса — «Гордость Макрагга». Но зачем его брать штурмом?
Однако Сикарий прекрасно владел собой и потому не стал задавать лишних вопросов. Безмолвно все они покинули апартаменты Робаута и отправились в Стратегиум…
***
Все молчали, даже дыхание космодесантников было едва слышно. После того, что они только что услышали, у многих был на лицах шок, а капитан Макиави с трудом сдерживал свой гнев, его руки непроизвольно сжимались в кулаки. Катон предостерегающе взялся за меч, но Жиллиман поднял руку, он видел, что капитан вот-вот взорвётся от ярости, но умерить её было лишь в его силах.
— Да, я знаю, всё это звучит как бред, но если получится, то это повернёт весь ход войны, — сказал Орион. Его голос до сих пор дрожал, словно он снова тот мальчишка, что только начинал учится, а при виде космодесантников испытывал трепет и благоговение.
Макиави шумно выдохнул, сейчас он был похож на разъяренного Минотавра.
— Если они сотворили это десять тысяч лет назад, клянусь, я каждому из них вырву сердце, а затем запихну их в глотки Тёмным Богам, чтоб знали, с кем они решили помериться силами! Что мы будем делать? Мои Кровавые Ангелы готовы хоть сейчас идти на штурм! — заорал Макиави.
Торрес переглянулся с Уриэлем и Катоном, а магистр Каул задумчиво почесал подбородок.
— Непросто будет пробраться туда, не говоря уже о том, чтобы добраться до зала, где сражались Хорус и Сангвиний. — Каул увеличил проекцию «Мстительного Духа», практически со всех сторон защищённого. — К тому же Абаддон и его приближенные будут ждать нас. Их будет больше, во много раз больше, кроме того, это их территория, они знают свой флагман так же, как и мы свои корабли. Нас здесь чуть больше тысячи, и далеко не все смогут пойти на штурм. От силы прорвется сотня, может, две.