Летир же, услышав вопрос, задумался. Наиль казался ему странным, но сейчас от него исходил какой-то жуткий холод, словно из склепа. Секретарь судорожно сглотнул.
— Думаешь, что в самом деле сможешь защитить меня от высших чинов и сослуживцев? Это невозможно, лучше уж сразу на меч кинуться…
— Я поговорю с Миконом насчет этого, он утрясет. Для меня тоже стало неожиданностью решение Дарнака публично тебя высечь. Наверное, у него были свои причины, а ты оказался крайним.
— Ты называешь генерала и его темную руку по именам? Совсем дурак? Что, если они услышат?
— Так ты хочешь знать? — повторно спросил Наиль, активируя точно такой же изолирующий артефакт, каким пользовался генерал. Микон дал ему на всякий случай.
Летир снова сглотнул.
— Хочу.
— Тогда поклянись мне на крови молчать о том, что узнаешь. А после клятвы над тобой придется поработать ментальным магам. Понимаешь? Ты уже услышал больше положенного, так что, после того, как ты выразил желание узнать правду обо мне, у тебя осталось два пути. Дать клятву… Или умереть от полученных ран. Шок, организм не справился, такое случается…
— Чтоб тебя! Кто ты такой вообще?! — прорычал Летир, которого окончательно зажали в угол. Почему-то он верил в то, что если не даст клятву, то очень скоро умрет от полученных плетей…
— Вот и умница, — усмехнулся Наиль, выслушав клятву на крови.
— Ну так? Кто ты?
— Темная рука, — спокойно ответил Наиль. — У нас с Миконом равные статусы, поэтому я называю его так, как мне хочется.
— Бред, — рассмеялся Летир.
— Правда? — молодой человек с ангельской внешностью ничего не сделал, не изменил позы тела или голоса, но раненый секретарь ощутил, что его душит ужас. На него смотрел безжалостный убийца, способный отнять его жизнь в любой момент.
— Не может быть… Ты же моего возраста!
— И что?
— Что…
— Не дергайся теперь, я займусь твоими ранами. Тебе еще за каретой бежать, забыл? Будем бегать вместе, разве не весело?
— Весело? — непонимающе переспросил секретарь. — Подожди, если ты сказал правду, то как генерал мог тебя наказать…
— Ты совсем дурак? Мне нужно тренироваться, а сделать это, не раскрывая всех моих возможностей, очень сложно. Вот он и придумал это «наказание».
— Что?
Наиль аккуратно обработал раны своего нового товарища алхимическим зельем.
— Ну вот, моя сестра делает лучшую в мире алхимию. Через час зарубцуется, а завтра и рубцов не останется. Никаких шрамов, обещаю.
— Правда? — с недоверием переспросил Летир. Его угнетало, что спина на всю жизнь будет напоминать спину раба.
— С чего мне врать? Завтра сам убедишься.
Настроение Наиля было очень хорошим. Он сам себе не признавался, но нормального общения со сверстниками ему очень недоставало. Сестра не в счет, она заменила ему мать, старательно заботясь о нем и переживая за него. Подручные… их тоже нельзя учитывать, они просто слуги. Кто еще у него был? Меч? Одушевленное оружие уж точно не годилось на роль товарища. Они зачастую просто не понимали друг друга, являясь совершенно разными существами. Горько признавать, но этот Летир стал первым сверстником, с которым он мог бы общаться действительно на равных. Хотя и этот сверстник, в итоге, должен будет стать подчиненным, но этот вид подчинения был совершенно другим делом.
— Так зачем тебе я, говоришь? — вздохнул недавний недруг, ощущая, как боль быстро утихает, позволяя мыслить более трезво. Пожалуй, сейчас он даже немного жалел, что так опрометчиво дал кровную клятву, но время вспять не повернешь.
— Для начала, я действительно чувствую вину за случившееся. Освободить тебя от насмешек — мой способ извиниться. А потом, когда по плану генерала раскроется появление у него второй темной руки, я буду вынужден жить, скрываясь под маской.
— Я понял. Ты хочешь, чтобы я стал твоим помощником?
— Да. А еще помоги мне наладить общение. Последние годы мне приходилось постоянно тренироваться, так что я потерял связь с людьми.
— С солдатами ты общался довольно свободно.
— Просто я для них — диковинка. Офицер, снизошедший до рядовых. Разок пообщаться со мной им было интересно, но не более.