Пролетки, опередившие террористов, остановились. Жандармы приготовились к захвату, ждали, когда студенты поравняются.
– Вперед! – скомандовал Павел, когда первый из студентов поравнялся с экипажем.
Осипанов среагировал моментально, выхватил «браунинг», направил Павлу в грудь, нажал спуск. Щелчок, выстрела не последовало, осечка. Второго шанса студенту Павел не дал, сбил с ног, выкрутил кисть, обезоружил. Пистолет сунул себе в карман. А рядом уже крутили руки другим студентам, связывали, бросали на пол пролеток. Всех отвезли для начала в ближайший полицейский участок, что располагался в квартале от Невского. Осипанов и там отличился, ухитрился вытащить из-под полы бомбу, привести взрыватель в действие и бросить на пол. Видимо, богопротивное дело изначально было обречено. Бомба не сработала, Ульянов, химик и биолог, не смог изготовить качественный динамит. Студентов тщательно обыскали, обнаружили еще две бомбы и пистолет.
Все изъяли под протокол, с понятыми. Перевезли в Охранное отделение, пошли допросы, долгие и жесткие. Поплыли студенты, выдали всех. За два дня арестовали семьдесят четыре человека, после допросов и обысков квартир пятьдесят были отпущены. Шевырева арестовали позже всех, седьмого марта в Ялте. Перед судом предстали пятнадцать человек, пятерых приговорили к смертной казни через повешение, остальных – к ссылке и каторге. Была арестована и сестра Александра Ульянова – Анна, за то, что знала о заговоре и не донесла. Мать в вину Александра не поверила, просила дать ей свидание. Предоставили. Александр сказал: «Я готовился отобрать жизнь у государя. Теперь он вправе отобрать мою».
Все пятеро были повешены в Шлиссельбургской крепости восьмого мая. Тела родственникам выданы не были, упокоены в братской могиле на тюремном кладбище. Младший брат Александра, Владимир, очень брата любивший, тяжело переживал трагедию и поклялся уничтожить царя и самодержавие. Но это уже другая история.