— Ну, здравствуйте, мистер Парсонс, — вежливо поздоровался я. — Как сами? Может, какие-то жалобы?
Я подождал, но он не ответил.
Ага, значит, не расположен к беседе. Что ж, сразу к делу, значит, сразу к делу. Сэкономим время.
— Ты осознаешь свое положение? — спросил я.
Вот тут он уже молчать не стал.
— А ты?
Я хмыкнул.
— У меня оно не изменилось. Императору не нужны живые Звездные. Годом раньше — годом позже, не так важно. Понятно, что если поступит какой-то неприятный сигнал, имперская комиссия нагрянет раньше обычного. Мне бы этого не хотелось. Но ведь для тебя это еще хуже, так? Заметание следов никто не отменял.
Ответил Парсонс хмурым взглядом. Это он явно тоже понимал.
— Смит был у вас главным? — спросил я.
Я снова подождал, и снова ответом мне было молчание.
— Ладно, посиди, подумай, — сказал я. — Может тебе повезет, и тебя освободят.
— Вряд ли ему это понравится, — заметил Ефим, до этого молчавший. Я перевел на него взгляд. И он пояснил. — Имперский Слуга, это, конечно, не сотрудник Секретариата, но уровень ответственности схожий. Был в плену больше нескольких часов — ты уже слитый материал. Империя не прощает ошибок.
Ну и, судя по виду Парсонса, примерно так дело и обстояло.
— А, ну вот, тем более, — кивнул я. — Думайте, господин полицейский.
После этого мы вышли в коридор. И тут я уже сказал Ефиму:
— Пусть подумает пару дней, потом попробуем еще раз.
— Можно по-другому сделать, — заметил Ефим.
Без малейшего энтузиазма, но все-таки сказал. Я понял, на что он намекал.
— Нет, — качнул я головой. — В идеале я хотел бы его завербовать.
— Сдаст наст при первой же возможности, — ответил Ефим уверенно.
— Знаю, — я даже не сомневался в этом. — Но нам и нужно ненадолго. До следующей комиссии, чтобы он имитировал деятельность отдела. Пока полное ощущение, что они действовали по своей инициативе. Так что вопросов к ним быть не должно. А если он будет отвечать на сообщения, то тем более.
— За ним придется следить…
— Разумеется, — кивнул я. — Отдел-то мы себе заберем.
Это Ефима явно удивило.
— И когда ты это успел…
— По ходу дела, — пожал плечами я. — Наверняка у них на балансе и оружие, и транспорт. Возможно, счета какие-то. Зарплата опять же. Не пропадать же этому.
— Ты…
На пару мгновений Ефим даже дар речи потерял.
— То есть, император… будет сам нам платить?
— За весь отдел, — кивнул я. — Сколько у них там человек? Должна нормальная сумма получится. Он нам задолжал, так ведь. Начнет понемногу отдавать.
Секунд десять после этого старый Слуга молча на меня смотрел. А потом… начал смеяться. Да так, что я такого даже не помню. В конце концов, ему даже пришлось опереться на стену, настолько его проняло.
— Ну Мишка! — выдохнул он наконец. — Император будет Звездным зарплату платить! Это же надо! Такого на моей памяти даже твой отец не проворачивал!
— Может ты не все знаешь, — улыбнулся я.
— Ха-ха-ха! А может! Но все равно!
— Ладно, — кивнул я. — Остался еще один. Толстяк.
— Вот про него не понял, — признался Ефим, отсмеявшись. — Мне эти Уолш с Биркиным рассказали, что он причастен к похищению, но я не понял как.
Ясно, что не понял. Они ведь не знали всего. Я им только в нескольких словах все обрисовал.
— Он сдал меня имперцам, — сказал я. — У нас с ним был конфликт, и он решил свести счеты через них. Вот только было в этом кое-что странное. Он откуда-то взял сотню пятипроцентовиков.
— Пацан? — нахмурился Ефим. — Может, у родителей… постой, это же Вератти его отец, да?
— Именно.
— А он… хм.
Ефим быстро пришел к тем же выводам, что и я. Кто жил в Графском Городке давно, те были в курсе о прижимистом характере владельца рыбной фермы.
— В том-то и дело, — сказал я. — Да и сам способ. Это же еще додуматься надо было так сделать. Толстый Пэ скорее пацанов из какой-нибудь шайки бы подкупил, чтобы меня отмудохали. Причем за куда меньшие деньги.
— И кто тогда ты думаешь?.. — посмотрел на меня Ефим.
— Версия у меня есть, но я не уверен. Так что пора поговорить с Толстяком.
Глава 20
Сотня пятипроцентовиков
Звездная Империя. Планета Лира
Окрестности Графского Городка
Поместье рода Звездных
Ефим не стал приковывать Толстяка Пэ к стене. Да и сами камеры на первом этаже подвала скорее напоминали одноместные номера. Без изысков, но не особо страшные. На этаж ниже имелись куда менее приятные помещения.