Из окна мобиля представительского класса жизнь кажется совсем не такой, какая она есть на самом деле. Причем эта иллюзия склонна усиливаться с годами. Обрастать странными нереалистичными подробностями.
И когда ты бросаешь очередной взгляд сквозь тонированное стекло. То мальчишки-оборванцы, женщины в дыхательных масках, хмурые мужики, шатающиеся от синей, начинают казаться не реальной людьми, а просто частью пейзажа. Ландшафта, из которого ты должен выжать дополнительные двадцать процентов прибыли. И не забыть при этом сократить издержки хотя бы на один-два процента от квартала к кварталу. И некому неважно, что в прошлом квартале ты уже дал эти два процента. Вырвал их из людей, отняв у них годы жизни и хоть какую-то возможность на улучшение.
Как и за квартал до этого…
И до этого…
Сколько их уже было этих кварталов? При желании Вячеслав Семенович вспомнил бы это. На память, несмотря на возраст, он не жаловался, и мог в этом дать фору молодым. Вот только он не хотел вспоминать.
Его мечта, что он когда-то станет во главе Репликатора, осуществившись, превратила его жизнь в черную злую рутину, от которой у него не было возможности избавиться.
Единственной мыслью, приносящей облегчение, стало то, что, возможно, осталось ему не так уж и долго. И не потому, что управляющего вдруг подвело здоровье. Будто в чью-то насмешку, физически он себя чувствовал не так уж и плохо.
Нет, просто два процента сокращения издержек кому-то казалось недостаточным. «Кто-то» хотел получить четыре процента… или даже шесть… или, может, и все пятьдесят… Вячеслав Семенович уже не верил, что у жадности и жажды власти могут быть хоть какие-то пределы.
— Приехали, — сказал водитель.
Мобиль остановился у подъезда каменного дома. Одного из немногих в Районе Репликатора собранном не из старых контейнеров. Он был построен еще при Звездных. И тогда говорили, что весь город скоро будет состоять из таких. Наивные мечты…
— Спасибо, Кевин, — сказал Вячеслав Семенович.
— Завтра также? — уточнил водитель. — В шесть?
— Да, как обычно.
— Буду! Хорошего вечера вам!
— И тебе, Кевин.
Вячеслав Семенович прекрасно знал, что мобиль, принадлежавший Бекелевым, сделает по кварталу круг. А после остановится на другой стороне улицы в тени угловатого здания подстанции. В нее сядет еще один Бекелевский гвардеец. И они с Кевином так и просидят всю ночь, не спуская взглядов со входа подъезд и с окон квартиры управляющего на третьем этаже.
Ему не доверяли, а потому следили.
Боялись, что он чего-то натворит. Вячеславу Семеновичу, порою, было забавно думать об этом.
Будто он не сидел у графа на таком крючке, с которого ему никогда не слезть. Смысл в каких-то дополнительных инструментах? Уважаемому графу, пожалуй, стоило бы самому поучиться эффективности, которой он требовал от Вячеслава Семеновича.
Выйдя из мобиля, старый управляющий дошел до двери. Коснулся замка электронным ключом и без лифта — а ведь редкая роскошь для Городка! — поднялся на свой этаж.
Из одной из квартир несмотря на позднее время доносился звук музыки. Может что-то праздновали. Раньше в этом доме жили в основном такие же управленцы как он. Рано просыпавшиеся и рано ложившиеся. Но в последние годы их места стала занимать молодежь. Бекелевские эффективные менеджеры. Борцы за четыре процента…
Нахмурившись, Вячеслав Семенович зашел в квартиру. Закрыл за собой дверь. Снял и повесил в шкаф пальто. Разувшись, зашел в гостиную…
— Доброго вечера, Вячеслав Семенович!
Старый управляющий даже не поверил сначала.
В его квартиру забрались? Но как? Дом охранялся очень строго. Кроме мобиля во дворе, была еще и квартира на первом этаже с круглосуточным постом охраны.
— Что вам нужно? — спросил он. — Деньги?
— Ну, деньги никому не помешают, — отозвался с улыбкой сидевший на диване молодой человек. — Но конкретно ваши деньги нам не нужны.
Молодой человек… Нет, скорее даже мальчишка.
Причем его лицо отчего-то показалось Вячеславу Семеновичу смутно знакомым. А потом он перевел взгляд и заметил в углу комнаты еще одного человека.
И суровостью взгляда он живо напомнил Вячеславу Семеновичу главу графской гвардии Хвата Харриса.
А еще через секунду Вячеслав Семенович понял, что вот этого человека он точно видел прежде. И не где-нибудь, а по правую руку от Клима Звездного, когда тот еще правил планетой. Было это всего раз, но момент отпечатался в памяти.
— Ты же из Звездных, — проговорил управляющий медленно. — А ты…
Он оборвался, когда его любимое кресло вдруг само выпрыгнуло из угла и подлетело к журнальному столику.