— И вы даже не в курсе что там? — глянул я на Вячеслава Семеновича.
— Нет, — сказал он. — Но догадка у меня есть.
Я усмехнулся в ответ. Было бы странно, если бы нет. По словам Фаулера Вячеслав Семенович олицетворял собой сам Репликатор. Знал в нем каждый винтик. И как бы граф не старался, полностью скрыть что-то масштабное от такого человека в его вотчине у него бы вряд ли получилось.
— Я выясню подробности, — сказал управляющий после еще одной долгой паузы. — И объясню вам как сделать так, чтобы работа на Репликаторе остановилась, но люди и сам завод при этом не пострадали. Но только после того, как буду уверен, что мой сын в безопасности. Уж простите, Михаил Романович, но на слово я вам верить не стану.
Во дает старый, а!
Почти любой другой на его месте от одного Ефимовского взгляда в штаны бы напрудил. А этот нет. Соображает, да еще условия ставит.
— Идет, — сказал я. — Переправить парня сюда?
— Нет, — сразу качнул головой управляющий. — Неизвестно как тут все у вас сложится, Михаил Романович. Помогите ему избавиться от слежки. Желательно так, чтобы граф был не в курсе этого хотя бы пару дней. Потом я сам поговорю с Матвеем. Скажу, что делать. Когда он свяжется со мной из безопасного места, я сделаю все, что вы хотите.
— Что ж, — проговорил я после паузы. — За язык вас никто не тянул. Ефим, мы сможем это организовать?
— Сможем, — буркнул Слуга в ответ.
Он явно был не в восторге, что Вячеслав Семенович ставит условия.
А вот мне это наоборот внушало доверие. С адекватными людьми намного проще иметь дело. К тому же, потеря такого ценного заложника полностью соответствовала моему плану по созданию проблем для графа.
— Ваш помощник, — проговорил я. — Он уже успел войти в курс дела?
— Это Антон Бекелев, он дальний родственник графа, — губы Вячеслава Семеновича тронула усмешка. — Считает себя очень умным. А на деле… так.
— Вот пусть дальше и считает, — сказал я. А после предупредил. — У вас не будет много времени на сбор информации. Как только в Бастионе все будет готово, вам придется исчезнуть. Мои люди помогут вам.
— И куда вы хотите, чтобы я?..
— Ну, мы вам тоже пока не до конца доверяем? — хмыкнул я. — Увидите. Главное, что место безопасное. Сколько времени вам потребуется, чтобы все разузнать?
— Несколько дней.
— Прекрасно! И у нас несколько дней уйдет на подготовку, так?
Я бросил взгляд на Ефима. И тот кивнул.
— Вот и прекрасно! — подвел итог. — А теперь самое главное.
Я снова перевел взгляд на Вячеслава Семеновича.
— У вас точно сгущенки нет или это вы просто так сказали, от неожиданности?
Звездная Империя. Планета Лира.
Северная окраина Графского Городка
Поместье рода Звездных
На следующий день
Утро как обычно началось для меня с Тихого Шага.
Старик, очевидно, окончательно сошел с ума, и теперь потребовал, чтобы перед началом занятия я подвешивал на себя колокольчик, которому нельзя было позволять звенеть. И это с учетом, что я так был обвешан утяжелителями, на глазах была повязка, а комплексы движений я должен был выполнять, прыгая по врытым в землю столбам.
Потом будет два колокольчика, — уточнил Старик невозмутимо. — Потом три. Постепенно нужно будет дойти до девяти.
— Да это даже с одним невозможно!
Тебе показать?
Вот же… старый пройдоха.
— Спасибо, не надо.
А то ведь покажет. И в награду заставит вставать меня еще на час раньше. А у меня еще, между прочим, десяток новелл, скачанных в последний раз, не прочитано.
Так что благоразумней тут было не жаловаться, а пытаться выполнять указания Старика.
Колокольчик к концу этого утра я успел возненавидеть.
Впрочем, без приятных моментов тоже не обошлось.
В этот день Ефим уступил место на кухне Уолшу, и у здоровяка обнаружился еще один далеко небесполезный талант.
Кроме пилотирования флаера, открытия сейфов и стрельбы из штурмовой винтовки.
Он еще и весьма недурно готовил.
В холодильниках, которые Рип запитал от генератора Эфира, у нас теперь лежал годовой запас лирской форели. И тут здоровяк не на шутку разошелся.
Малосольная рыбка уже ждала своего часа, чтобы быть разложенной по бутербродам. Вечером нам обещали сливочную лирскую уху. Ну а с утра Уолш наготовил углей, а после запек на них сразу десяток приличных размеров рыбин. Еще и какую-то приправу добавил, которую Ефим на моей памяти никогда не использовал.