— Ого, какой ты центровой, — заметил я. — Да-да, пока мамочка с поводка не спустила, не лезь лучше…
— Ты специально их злишь? — процедила стоявшая рядом Ханна.
— Скорее это само получается, — заметил я задумчиво.
Дикие, однако, по какой-то причине медлили. Точнее, и Малиг и тот же Кожа уже были максимально настропалены. Я это даже через Ясновиденье чувствовал. Но Ракс все не давал им отмашки.
— Повторять последний раз! — рявкнул он. — Отдавать вся Краска! Вся монеты!
— И всю еду! — добавила громко девчонка-астровитянка.
— Все отдавать! — закончил Ракс. — И мы отпускать слабые дети! Иначе бить! Лить кровь, ломать кость!
— Слушай, здоровяк, так может один на один? — предложил я. — Ну, если, конечно, не боишься? Вот и порешаем.
— Глупый! — Ракс расплылся в ответ в страшноватой улыбке. — Звездный человек — глупый! Ракс — нет! Ракс собрал много боец и Ракс ударит все, кто есть!
Н-да, не прокатило.
— Я не отдам мамин амулет! — раздалось где-то позади меня. Голосок был слабый, но непреклонный. — Ни за что!
— Да понятно, Лукас, — а это уже Ханна. — Я ж не про это…
В общем, все-таки предстояла заварушка.
Причем, в полную силу драться было нельзя. По идее, даже Старика вызывать не стоило. Придется отдуваться самому, да еще за всеми этими следить. В том числе за Лиу, чтобы из нее снова та страхолюдина не вылезла. Не факт, что мы со Стариком снова успеем ее запечатать, прежде чем она не сожрет ту кого.
— Ну что, махаться умеешь? — бросил я Ханне.
— Умею, — буркнула она.
И достала из кармана куртки кастет.
— Ха! Я про Стихию вообще-то.
— Мне бить особо нечем, — призналась она нехотя. — И, кстати, когда я тебя звала, надеялась, что без всего этого обойдется.
— Может тебе Книгу Жалоб дать?
Она фыркнула. Но больше ничего говорить не стала. Сосредоточилась на том, чтобы держать своего младшего брата у себя за спиной.
Сам я, наоборот, вышел чуть вперед.
И уже начал прикидывать, кого долбану первым, когда…
— Какой прекрасный день, господа! — раздался утонченный голос. — И дамы, разумеется!
Переведя взгляд, я увидел… Рауля Каверне (6). Расслабленной походкой он спускался от школы в нашу сторону. На губах у него играла легкая улыбка. Ну а у него за спиной, печатая шаг, возвышался четырехрукий Гривус.
— Позволите узнать, что тут происходит? — продолжил аристократ. — Я вот хотел сдать физподготовку. Вы, видимо, тоже?
— Иди своей дорогой, тонкий человек, — отозвался, взглянув на него Ракс. — Ракс не будет отрывать твой руки. Но тонкий человек не лезть в дела Ракса.
— Да кого, Ракс, у этого точно круглые должны быть! — воскликнул один из Диких. — Ща время, реально, уже кончится! А мне без железок никак!
Ракс, кажется, хотел ему что-то сказать. Но не успел.
Дохнуло Стихией. Дикий сорвался с места в сторону Каверне — будто пуля выстрелила…
Хлоп.
Я не до конца понял, что произошло.
И даже звука-то никакого не было. Про «хлоп» это я так, от себя добавил. А Дикий, который пытался добраться до Рауля, просто упал в паре метров от него. И все.
То ли мертвый, то ли без сознания. Первое, конечно, вряд ли, Каверно точно не захотел бы, чтобы его исключили. Но и на здоровый сон это не походило. Лицо и вообще вся кожа чувака покрылись красным, словно его всего наждачкой обработали. А еще спустя пару секунд он схватился за горло, будто задыхаясь.
— Полагаю, это вам лучше пойти своей дорогой, — заметил Каверне Раксу.
— Ракс… запомнит, — отозвался здоровяк после паузы.
И, как ни странно, действительно собрал своих и ушел. В том числе подобрал того покоцанного типа. Задыхаться он все-таки прекратил, но далеко не сразу.
— Привет, Рауль, — сказал я подошедшему ближе Каверне.
— О, и тебе, доброго дня, Михаил, — отозвался тот. — И, прошу, не воспринимай это как услугу. Все это скорее какую-то нелепость напоминает.
— Как большую услугу точно не буду воспринимать, — ответил я.
Каверне ответил мне понимающей улыбкой.
После очень коротко глянул на Ханну. И чуть дольше остановился взглядом на Лукасе.
— Приятного выходного, — пожелал аристократ после этого всем.
И они с Гривусом продолжили спуск к лесу.
Проводив их взглядом, я сразу махнул остальным, чтобы продолжали подниматься. А то ведь с Ракса сталось бы и вернуться.
Ну а когда уже наверху все по очереди вызвали Привратника, я и сам не стал задерживаться.
Меня ждал очень важный разговор с Ефимом.