Или боеприпас на основе Краски…
Или еще много чего другого.
В какой-то степени Окрашенный Металл был даже ценнее, чем сама Краска. Да, Краску человек мог потреблять сам. Зато Окрашенный Металл не был подвержен испарению. Плюс процесс тления у Металла был замедлен в тысячи и даже десятки тысяч раз. Благодаря чему он становился идеальным источником энергии, к примеру, для космодвигателей. И не только для них. Основным материалом для создания Звездных Врат также являлся Окрашенный Металл.
Ты чувствуешь что-то? — уже серьезно спросил я Старика. — Там, внутри?
Сам я ощущал только какие-то совсем смутные образы.
Это древнее место, — ответил Старик после паузы. — Очень древнее. Но… пустое.
Блин… С одной стороны жаль, а с другой стороны — может оно и к лучшему. Тут бы с Металлом для начала разобраться.
А что знак означает?
Тамга, — снова поправил Старик. — Невозможно расшифровать ее одну. Нужно хотя бы две- три из разных мест.
Но для чего-то это место было помечено. Даже если там ничего нет, исследовать бы его точно не помешало.
С этим Старик уже спорить не стал.
— В общем, теперь ты все своими глазами видел, Михал Романыч, — сказал Ефим.
— Да, — кивнул я. — Но моих планов это не изменит, если ты про это. Хотя информация важная, ее точно нужно будет учитывать.
— Да, упрямства тебе не занимать, — то ли похвалил, то ли осудил он меня. — В этом ты весь в мать.
А, осудил все-таки. Ну да ладно.
Как я уже знал, непростые у них все-таки были отношения.
— Так, ну теперь мы точно все посмотрели, — подвел итог он. — Давай в обратную дорогу.
Была мысль отковырнуть пару кусочков металла с ближайшей скалы, но свою жабу я пока загнал поглубже. А то если с этим булыжником к тому же Турко заявиться. Его, того и глядишь, удар хватит. К тому же я еще предыдущие трофеи не придумал, как сбыть. Так что пусть пока все тут остается.
Отойдя от пещеры, мы вернулись к спуску.
С высоты было хорошо видно и Быструю с ее поворотами и уходящее на многие километры полотно леса.
Прежде чем спускаться, Ефим снова на какое-то время замер с винтовкой. Водя прицелом по скалам и островкам кустарника, между которыми нам предстояло возвращаться.
Сначала я думал, что это простая предосторожность. Но он с каждой секундой хмурился все больше.
Ясновиденье каких-то конкретных сигналов не подавало. Какие-то смутные ощущения, но с чем они были связаны, неясно. Да и не отошел я еще от ночи…
— Ефим? — уточнил я негромко.
— Может показалось, — ответил он через несколько секунд.
Но все равно взялся за баллончик с Антикраской, свинтил крышку и обдал белесым паром средства нас обоих.
— Идем.
Вот только пройти в итоге мы успели всего метров десять, а после Ефим резко толкнул меня на камни и упал рядом сам. Тут же дал знак молчать. Залег с винтовкой, целясь куда-то вниз, в сторону берега. До него с нашей позиции отсюда было метров сорок, может чуть больше. Ну и плюс разность высот.
Я и сам принялся старательно вглядываться. И спустя секунд десять…
…что-то увидел.
В первое мгновение мне показалось, что это еще одна Стрекоза. Только крупнее. Размером уже не с собаку а, с годовалого теленка.
Но приглядевшись лучше, я понял, что это что-то другое. Существо состояло из каких-то сегментов, которые по идее должны были принадлежать различным животным.
Полупрозрачные крылья помогали ему держаться в сантиметрах над землей. При этом существо обладало хорошо развитыми крупными конечностями. Задняя пара хитиновых ног постоянно отталкивалась то от земли, то от камней, каждый раз придавая дополнительное ускорение. Этим же способном создание меняло направление движения.
Ну и в какой-то момент, когда я смотрел, произошло что-то совсем странное. Существо явно что-то подобрало с земли. То ли камень, то ли обломок конструкции, оставленный Бекелевыми, а после положило этот предмет в себя. Прямо внутри тела открылось что-то вроде биологического контейнера. Создание спрятало обломок туда. А после «карман» закрылся.
Еще спустя пару секунд эта штука повисела там рядом с берегом. А потом резко развернулась, пересекла реку — теперь уже ноги отталкивались от поверхности воды — и исчезла среди деревьев.
— Дерьмо, — прокомментировал увиденное Ефим.