— Сколько с меня?
— Да брось, это же для Клима Егоровича. Если бы не он…
— Извините, Аристарх Сергеевич, но я настаиваю.
Тут мне уже пришлось перейти на серьезный тон. Сам дед, мягко говоря, не был бы доволен, если бы узнал, что наследник рода Звездных принимает подачки. Пусть и сделанные от чистого сердца.
Вздохнув, Аристарх Сергеевич обозначил цену. Была она даже больше того, что удалось заработать сегодня. Но это я предвидел. Плата у меня была готова.
Отдав металл и забрав лекарство, я попрощался и махнул притихшей Насте. А когда вышел из магазинчика, увидел, что мои парни успели попасть в неприятности.
Бун с Мелким стояли в окружении богато одетых парней. Парочка была моего возраста, но большинство на год-два старше. Почти все они были детьми Слуг. Понять это можно было по гербовым знакам на одежде.
Но у двоих из них на руках мерцали зеленым артефактные гербовые кольца из Окрашенного Металла.
Род Бекелевых (2) и род Хофман (1).
Хофманы были обнищавшими торговцами, переехавшими на Лиру откуда-то из центральных миров Звездной Империи.
Бекелевы же сейчас владели в Графском Городке плюс-минус всем.
— … я считаю, такое ничтожество вовсе не стоит пускать на территорию города! — говорил Карло Хофман. Тощий бледный пацаненок со взглядом хорька.
Бун, глядя в ответ, сжимал яростно кулаки. Мелкий испуганно жался к нему.
— Мы сделаем всем услугу, если выкинем мусор! — очередная тирада хорька вызвала взрыв хохота среди Слуг-прихлебателей. — Правильно я говорю, граф?
— Ну что же ты, Карло, — снисходительно отозвался Павел Бекелев. Слуги стояли от него на почтительном расстоянии, явно ожидая указаний. — Мой отец милостив. И готов предоставить защиту всем нуждающимся. Однако Лира — и правда жестокое место, особенно к тем, у кого, так уж вышло, нет ни рода, ни даже семьи. Думаю, будет великодушно, если мы вызовем имперскую социальную службу. Там для ребят найдется достойное место.
После этих слов Хофман разве что не запищал от восторга.
— Да, конечно! И это будет еще и великодушно! Я бы на вашем месте, ничтожества, привыкал работать киркой!..
В этот момент, кажется, нервы у Буна окончательно сдали. Он бы точно кинулся на Хофмана с кулаками — на что, явно, и был расчет. Так что…
— Да, место ничтожества — как раз то, которое тебе подходит, — заметил я.
И совсем негромко было сказано-то.
Но Хофман, не ожидавший этого, едва ли не на метр подпрыгнул. Еще б чуть-чуть и на задницу бы плюхнулся.
Бекелев среагировал более спокойно, однако и он ощутимо вздрогнул.
Я специально подошел к ним со спины, чтобы ни они, ни Слуги не заметили приближения. Ну и использовал один из фокусов, которым научился за последнее время.
Как только меня заметили, один из Слуг — не иначе от испуга — тут же бросился ко мне, широко расставив руки. Понятия не имею, чего он хотел. Наверное, обняться при встрече. В любом случае, он не добежал, «случайно» запутавшись в своих ногах и бухнувшись на пыльную мостовую.
— Осторожнее надо, — посетовал я. — А то у господина графа Слуг не останется.
Тут детишки аристократов все-таки пришли в себя, изобразили даже страшные лица… По их мнению страшные, конечно, так-то скорее было ощущение, что у них приступ коллективного запора приключился.
Сделать они ничего не успели. Знаком их осек Бекелев.
— Ты, — процедил он. — А я-то думаю, что это за вонь…
— Это у твоего друга изо рта скорей всего, — тут же кивнул я.
— Ах ты!..
Хофман прыгнул было ко мне, но на полпути замялся, остановился. Будто надеялся, что его кто-то станет сдерживать, но никто не сообразил. Выглядело это предельно комично.
— Какие-то вопросы? — глянул я на него. — Дуэль там или еще что?
Хорек сразу ужался. Его глаза дернулись к моей левой руке, в которой я уже держал «бабочку».
Как и любой аристократ Звездной Империи он, разумеется, был стихийником. Хофманы, кажется, владели Землей. И к своему возрасту хорек даже должен был что-то уметь…
Но выйти со мной один на один он бы все равно в жизни не рискнул.
— Не думаю, что это будет уместно, — заступился за своего прихлебателя Бекелев. — Нам, как младшим представителям своих фамилий стоит вести себя осмотрительно.
Ха! Хитрый засранец. И, конечно, не из-за того, что он испугался.
Ладно, допустим. На самом деле, у меня и у самого были причины не обострять. Особенно, когда в деле замешаны аристократы.